«А теперь ты всадил пулю ему в голову», – подумала Сьюзен.
– После окончания школы я уехал в колледж на футбольную стипендию, а затем начал тренироваться в академии, но потом понял, что Национальная лига не для меня – об этом позаботилась моя спина. Я почти не думал о Милтоне после того дня у столовой. Если уж откровенно, я вообще о нем не думал. Потом я как-то столкнулся с ним вечером в баре, когда приезжал навещать родителей. К тому времени как мы начали разговаривать, я уже прилично выпил и не следил за языком.
Эд откинулся и почесал шею. Какое-то время он, нахмурившись, изучал люк, и на мгновение Сьюзен испугалась, что шеф может подойти к нему, но он продолжил свой рассказ.
– У меня снова возникли проблемы с девушкой, но на этот раз они были намного серьезнее, чем просто обвинения какой-то болельщицы в обмане. – Эд сглотнул. – Летом, после окончания средней школы, у меня случился роман с девушкой по имени Марта.
«Марта, – с дрожью подумала Сьюзен. – У этой истории счастливого конца не будет».
Впрочем, ее собственная могла закончиться не лучше.
– Для нас обоих, – продолжал Эд, – это должно было стать всего лишь интрижкой. Искра вспыхнула и горела пару месяцев, а затем так же быстро погасла, когда мы расстались. Я поступил в колледж, Марта тоже уехала. Ее родители были рабочими-мигрантами из Мексики, и я решил, что она отправилась с ними дальше или, может быть, вернулась домой. Сказать по правде – сейчас уже нет смысла лгать, – мне было все равно, куда она делась. Я и фамилию ее с трудом мог вспомнить.
За пару дней до того, как я столкнулся с Милтоном в баре, Марта нанесла визит в дом моих родителей. Совершенно неожиданно. Сказала, что давно хотела поговорить со мной, но не знала, где меня искать, и не доверяла никому передавать ее сообщение. Теперь она услышала, что я вернулся в город, и… – Эд снова умолк. Казалось, он обдумывает, стоит ли продолжать. – Конечно, я был грубоват, когда у нас с Мартой случился роман, но потом изменился – как и мои приоритеты. Я уже был мужчиной, не напивался и не бегал за девушками, как раньше. Нет, я только что обручился с Ширли и получил хорошую работу в полиции, сразу после академии.
Сьюзен стало не по себе, и не только из-за травмы головы. Эд что-то сделал с Мартой. Даже если б он закончил свою историю прямо сейчас, она все равно знала бы это. Сама манера рассказа выдавала его с головой. Он оправдывал свои действия еще до того, как закончил их излагать.
– Марта сказала мне, что забеременела, когда у нас был роман, и что она родила сына по имени Март
Снизу, из дыры, донесся шуршащий звук. Эд подошел и заглянул сквозь щели.
– Похоже, твой парень приходит в себя, – сказал он, возвращаясь и убирая фонарик.
– Что ты собираешься с ними сделать? – спросила Сьюзен. – Он же ни в чем не виноват. Там внизу дети! Им нужна помощь.
– Ты должна поверить мне, Сьюзен. – В голосе Эда зазвучали резкие нотки. – Вся моя жизнь полетела бы под откос, если б я признал Марту и ее сына. Ширли наверняка оставила бы меня, и мне пришлось бы бросить академию. И что дальше? Браться за черную работу, которую я ненавидел бы всю оставшуюся жизнь? Я так и сказал Марте, и она разозлилась. Она угрожала мне, сказала, что расскажет моим родителям и Ширли. Она сказала, что я должен добровольно принять Мартина как своего сына, или она заставит меня это сделать. – Эд нахмурился. – Марта дала мне пару дней, чтобы все обдумать.
Сьюзен глубоко сожалела о своих обещаниях Эду никому не говорить о подозрениях в отношении Милтона. Она вспомнила, как уверяла, что никто в участке не узнает об их поездке к Милтону, что это будет их маленький секрет. В каком-нибудь дерьмовом полицейском сериале ФБР уже додумалось бы до правды и ворвалось в сарай, чтобы спасти ее задницу.
Но здесь не телевидение.
И никакая помощь не придет.
Ее взгляд скользнул к люку.
Она стиснула зубы, чувствуя, как наполняется праведным гневом. «Нет, просто так я не сдамся…»
