Забытые кости полностью

– Но, – продолжал Эд, – в этом случае тебе следовало послушать меня. Разве я не говорил тебе перестать совать нос в дело Джеральда Никола? Я практически умолял тебя не мешать ФБР и дать им сделать свое дело. Но ты, как куренок, все клевала-клевала-клевала…

– Эд, если б ты только сказал мне, в чем дело, – пожаловалась Сьюзен, начиная подозревать, что она уже знает. – Вот это, с Мартой. Ты хороший полицейский, и все в участке тебя уважают. Так что если ты в чем-то замешан, я уверена…

– Нет, – сказал Эд, качая головой. – Не в этот раз. Это то, чего никакой популярностью не поправишь.

Возмущение и злость быстро сменились у Сьюзен испугом. Эд выбрал легкий вариант; она проработала с ним достаточно долго, чтобы понять – шеф смирился. Он уже принял решение относительно того, что будет делать дальше, и никакие разговоры не собьют его с пути.

И все же она должна была попытаться.

– Если ты меня отпустишь…

– Позволь мне угадать, – сказал Эд с жутковатой усмешкой, которая скользнула по его губам. – Если я отпущу тебя, ты никому не скажешь ни слова. Ведь так?

Сьюзен нахмурилась. Да, так. Она слышала то же самое обещание – в самых различных вариациях – в исполнении множества мужчин и женщин, которых арестовала. Если вы отпустите меня с предупреждением, офицер, я никому не скажу ни слова.

Эд покачал головой.

– Я знаю тебя. Ты никогда на такое не пошла бы – точно так же, как не отступила от дела, которое расследовало ФБР, хотя я просил тебя не соваться и даже приказывал.

Сьюзен начала что-то говорить, но затем передумала. Все равно ничего уже не получится. Горло сжалось от ужаса, в животе творилось что-то невероятное; казалось, она в любой момент разразится истерическими воплями. Если сорваться и начать сейчас, то остановиться уже не получится. Эд может убить ее, просто чтобы заткнуть ей рот.

«Неужели это то, что он планирует сделать? Убить меня?»

Эд пододвинул к ней пустое металлическое ведро – близко, но недостаточно близко, чтобы она могла ударить его (он хорошо ее знал), – перевернул и сел, как на табурет.

– Думаю, я должен тебе кое-что объяснить, – сказал он, сложив руки на коленях. – Это меньшее, что я могу сделать.

Сьюзен обнаружила, что обрела голос, пусть он даже слегка дрожал.

– Ты помогал Милтону похищать тех детей?

Эд уставился на нее с возмущением, как будто глубоко оскорбленный тем, что она могла заподозрить его в деянии столь ужасном. Тот, кто выстрелил в затылок безоружному человеку, кто ударил пистолетом коллегу, а затем приковал ее наручниками к машине… Да как она посмела!

– Нет, конечно, нет.

– Тогда я не понимаю, что такого плохого…

– Мне придется начать с самого начала, – перебил ее Эд. – Получится быстрее, если ты не будешь вмешиваться.

Хочу ли я, чтобы все шло быстрее?

– Мы с Милтоном ходили в одну школу – ты знала об этом? – спросил Эд. – Даже учились в одном классе. Хотя и не были друзьями по-настоящему. Мы вращались в совершенно разных кругах. В то время я вроде как увлекался спортом, был квотербеком[38] в университетской команде и, как большинство спортсменов, общался только с популярными ребятами, другими футболистами и чирлидершами. Когда я познакомился с Милтоном, он был мне полной противоположностью, одиночкой. За все четыре года учебы в средней школе не обзавелся ни одним другом.

Однажды по пути в столовую я увидел, как к нему пристает пара задир. Милтон уже тогда был худым, и эти два лоботряса требовали у него денег – зажали и шарили у него по карманам. Милтон был беден – в школе в основном учились дети из бедных семей, но был беден безоговорочно, – и я знал, что по нему даже потеря одной монеты ударит больно. – Эд помолчал. – Но то, что я сделал, я сделал не поэтому. За несколько минут до того я поссорился со своей девушкой, которая думала, что я подбиваю клинья к другой чирлидерше. По правде говоря, так оно и было. Наверное, я просто напрашивался на драку. – Эд покачал головой и тихонько усмехнулся при этом воспоминании.

Долго еще он собирается трепаться? Сьюзен волновалась не только за себя, но также и за Эрика и детей в яме, которые замолчали и не подавали голосов. Живы ли они? И каковы планы Эда в отношении этих двоих?

– В общем, я спросил, что происходит, и один из этих парней открыл на меня пасть. Я был не в том настроении, чтобы терпеть грубость, и врезал ему по первое число. Поставил большой фингал. Другой бросился бежать, но прежде чем он успел слинять, я сказал им обоим, что вырублю к чертям, если еще раз увижу, как они пристают к Милтону. – Эд пожал плечами. – Для меня это ничего не значило. Честно говоря, я и забыл, как они выглядели. В общем, даже если б они потом снова приставали к Милтону, я бы ничего не узнал, и, вероятно, мне было бы все равно. Но Милтон… он повел себя так, будто мое заступничество было лучшим, что с ним случилось за всю жизнь. Я сказал ему, чтобы он забыл об этом, но он ответил, что теперь у меня в долгу, и придет время, когда он мне отплатит.