Витовт не торопился являться, но когда ему всё же пришлось это сделать, он привёл с собой столь великую охрану, что трудно было сказать, на чьей стороне окажется победа, если вдруг между ними вспыхнет ссора.
Она вспыхнула, но применения военной силы не потребовала. Но всё же накал встречи был силён. Выступая, Ягайло обвинил Витовта в скрытой измене.
— Да, ты, брат, изменник. Ты только вид делаешь, что хочешь поразить князя в бою, а сам тут же подписываешь доверительные листы. Скажи мне, кто ты тогда.
Витовт, развалясь в кресле, всем своим видом как бы показывал ему, что его резкие слова — ерунда. Это злило короля.
— Ты чё молчишь? — он подскочил к нему и схватил за воротник дорогого-камзола.
Витовт так сжал его руку, что у Ягайла затрещали кости. Пальцы разжались, и он затряс руками. Витовт понял, что можно говорить.
— А ты, братец, думал или нет, почему я так делаю? Или те кажется, раз моя дочь — его жена, я могу продать дорогую нам Литву? — сказав, он так грозно посмотрел на короля, что тот отступил на шаг.
Витовт поднялся и всей своей огромной массой двинулся на брата:
— А известно те, Ягайло, чё мой зять спас тя?
— Это как? — удивился тот.
— А вот так: кто заставил уползти Тамерлана в своё логово после такого разгрома им Орды? А ведь он шёл на Московию, чтобы, разбив её, повернуть на нас. И ты чё думаешь, у тя нашлись бы силы, которые сумели бы противостоять Тамерлану? Да он бы из Европы сделал то, чё не удалось Батыю.
— Это все твои домыслы. Европа ему не по зубам.
— Да ты посмотри на свой рот. У тя нет больше половины зубов. Чем бы ты его кусал? Губами? Ха! Ха! — раздался раскатистый хохот Витовта. — Хватит болтать. Только знай, братец, мне известно, чё татары ищут способ задружить с Московией. Вот если они объединятся... Ты помнишь Ворсклу. Я не хочу её повторения.
И он направился к двери. Взявшись за ручку, он, может быть, чтобы поиздеваться над королём или не оставлять о себе дурного впечатления, поклонился ему и проговорил:
— Я ещё те докажу...
Но что он думал доказывать, не сказал. Такого вызывающего поведения своего братца Ягайло не думал прощать. И в его голове заработала мысль, как это сделать. Но всё отступило при вести, что родной брат Ягайла Скиргайло перешёл на сторону московского князя. Причём не один. С ним приехали шесть князей и множество бояр.
Ягайло, узнав об этом, был потрясён. Задумался и Витовт, узнав, что его зять достойно встретил беглеца и его людей, дав в кормление Скиргайлу город Владимир и ряд других городов. «Да, за зятька можно порадоваться. Умело, весьма умело ведёт он своё дело, — думал Витовт. — Чё же дальше? Чё стоит за переходом Скиргайла. Ведь просто так он бы туда не побежал. Скорее всего, он нацелен на королевский трон. Что же взамен он отдаст Василию: земли южных князей? Похоже, чё так».
Вечером, когда Скиргайло уехал от Василия и князь остался один, вошла Софья.
— А ты пошто не захотела встретиться со своим дядей?
— Этим прислужником Ягайла? Я хорошо помню, как он хотел со мной поступить в Киеве. И скажу тебе: ты не особенно ему верь. Я думаю, он задумал свергнуть своего брата и занять его трон. А для этого ему нужна твоя помощь. Потом, когда укрепится, он обрушится на тебя. Это он сейчас делает вид, чё защищает христианство. Он лях-пришелец, — заявила она.
Василий внимательно посмотрел на жену, точно видел её впервые.
— Да ты молодец! — произнёс он.
Наверное, она была в ударе.
— Я давно хотела у тя спросить: помнишь, когда Едигей прислал посланца с предложением своих услуг, чё тебе сказали бояре?
— Ну... чё верить особо нельзя, а помощь взять можно.
— Василий, — она подошла к нему, — поверь мне, татары хотят тя и моего отца истощить в войнах. А потом взять вас голыми руками.
— Ты знаешь, я до ся дня мучился, ища ответа. Ты права! Как я до етого не додумался?
Скиргайло рассказал Василию, что при последней встрече Ягайла и Витовта, первый обязал Витовта нанести удар по Московии. Не верить этому у Василия не было оснований. Витовт не раз доказывал свои захватнические цели. И Василий решил это наступление предупредить. Не отказался при этом и от татарской помощи. И вот, собрав огромное войско, князь двинулся к литовским границам.
До Витовта быстро дошли вести о действиях его зятя. Побег Скиргайла, Витовт это хорошо понимал, заставил Василия принять определённые меры.
Войска встретились на реке Угре. Долго стояли друг против друга. Мурат, сын Едигея, рвался в бой. Но строгий окрик Василия подействовал на татарского предводителя отрезвляюще.
И вот правобережье Угры, где стоял Витовт, попросило перемирия. Встреча князей продолжалась очень долго. Они выговорили друг другу все претензии и разошлись, поняв друг друга. На прощание Витовт спросил:
— Я могу ждать в гости мою дочь и моих внуков?
— Да, — коротко ответил Василий.
Узнав, что военных действий не будет, Мурат заскрипел зубами. Василий, понимая, о чём тот думает, предупредил его:
— Если вздумаешь грабить русские сёла, я вас всех перевешаю.
Мурат не подчинился и Василий выполнил своё обещание. Мурат едва ушёл от расправы.
