– А! Наконец-то тебя проняло, – глаза принца искрятся насмешкой. – Давай же, Клара Дарлинг! Не сдерживай эмоций, которые плещутся в твоих глазах. Выскажись до того, как произойдет взрыв.
Ну уж нет. Такого удовольствия я ему не доставлю. С другой стороны, молчанием я спровоцирую его еще больше. Я растягиваю губы в улыбке и говорю своим самым скромным и благовоспитанным тоном:
– Вы судите о моем характере по одному-единственному дню.
– Я сужу о твоем характере по гораздо большему отрезку времени, – отзывается принц, оскалившись. Затем отмахивается от этой темы разговора, переходя к другой. – Что думаешь о библиотеке Веспры? Как она тебе в сравнении с твоим симпатичным книжным прибежищем в Аурелисе?
Я решаю не обращать внимания на резкие повороты в разговоре и тихо отвечаю:
– Она… отличается от того, к чему я привыкла.
– Чем именно? Давай, поясни! Мне не терпится узнать твои мысли.
– Она больше.
Принц закатывает глаза к провисающему балдахину.
– Боги всевышние, ты нарочно раздражаешь меня?
Теперь моя очередь склонить голову набок.
– Прошу прощения, но чем? – мой голос – сама невинность.
Рыкнув, принц открывает рот для ответа, но тут кто-то стучится в дверь.
– Войдите! – рявкает принц, продолжая смотреть мне в глаза.
Дверь открывается, и в спальню заходят тролли со множеством подносов, на которых стоят дымящиеся тарелки. Среди них нет атавизматов, как Лир и капитан Кхас, но движения их полны достоинства и поразительно бесшумны, что совершенно неожиданно для таких крупных и на вид неуклюжих созданий. Они расстилают кружевные скатерти на кровати принца и расставляют тарелки так, чтобы он мог до любой дотянуться. Такое ощущение, что принц нередко трапезничает в постели.
Один из слуг придвигает ко мне столик, другой наливает в высокий прозрачный бокал красный пузырящийся напиток, третий ставит передо мной большое блюдо, на котором после снятия крышки оказывается солидная порция жареного мяса в ореховой корочке, соус из пряного вина, поджаренные овощи, хрустящий хлеб и взбитое золотистое масло. Либо тролли невероятно хороши в кулинарном искусстве, либо у принца в поварах Должник.
Я наклоняюсь и делаю глубокий вдох, наслаждаясь восхитительными ароматами. Затем, осознав свою ошибку, бросаю взгляд на принца. Он ухмыляется, наблюдая за мной, – сумел все же добиться от меня настоящей реакции. Чтоб ему пусто было с его самодовольным лицом! Я отвечаю на его усмешку невозмутимой улыбкой и снова сажусь прямо, вежливо сложив руки перед собой.
Тролли заканчивают накрывать ужин, отступают от кровати, выстраиваются в линию и дружно кланяются. Их слаженные действия напоминают танец, кажущийся жутковатым в царящей тишине. Не проронив ни слова, слуги один за другим покидают спальню, и последний прикрывает за собой дверь.
– Ешь! – возвращает мое внимание к себе принц.
Кивнув, беру изящную серебряную вилку. Я решаю не торопиться и пробовать все медленно и чинно. Однако после первого же кусочка меня охватывает нестерпимый голод. Когда я в последний раз полноценно ела? Вспомнить не удается, и, покачав головой, я предаюсь поглощению сытного ужина.
Набив живот так, что корсет стал тесноват, я наконец отрываю взгляд от тарелки и замечаю, что принц едва притронулся к еде.
– Вы не голодны? – удивляюсь я.
Он пожимает плечами, откладывает вилку и брезгливо вытирает пальцы о льняную салфетку.
– После припадков у меня обычно нет аппетита. Но не переживай, Лоуренс не даст помереть мне с голоду. Он просто насильно откроет мне рот и затолкает что-нибудь в глотку.
– И затолкаю! – обиженно звучит голос Лоуренса.
Я поворачиваюсь, чтобы отыскать его взглядом, но он теряется в окружающем хламе.
Тихо рассмеявшись, принц отодвигает свою тарелку.
– Итак, Клара Дарлинг, если ты закончила ужинать, то перейдем к тому, для чего я тебя сегодня пригласил. Я хочу просветить тебя относительно основных правил Веспры.
Я доедаю последний кусочек, кладу вилку и вытираю рот.
– Хорошо, – отвечаю, поднося к губам высокий бокал с пузырящимся напитком.
Принц сплетает пальцы на обнаженном мускулистом животе.
– Прежде всего, – говорит он, – ни в коем случае не усыновляй детей троллей.
Я чуть не выплевываю только что пригубленный напиток. Поспешно проглотив жидкость, ставлю бокал на стол. Со встречи с троллятами времени прошло всего ничего, а он уже знает о случившемся?
Принц с прищуром глядит на меня. Видно, рад тому, что снова застал врасплох.
– Я понимаю, насколько сильно может быть искушение сделать это, – продолжает он. – Подозреваю, что такому человеку, как ты, – с чересчур мягкосердечной натурой и губительными порывами души защищать все и вся – подобной просьбе детей почти невозможно противиться. Но, уверяю тебя, твое желание всех защищать будет с лихвой удовлетворено работой в библиотеке. А дети троллей – не твоя забота. Они лишь будут отвлекать тебя от первостепенной задачи. Ты меня поняла?
