Эта лекция у нас бывает всего два раза в год: на летнее солнцестояние и накануне Ивана Купалы. Маршрут ее начинается у хорошо знакомых нам рябинок.
Когда расцветает папоротник? Народные поверья говорят, что это ночь накануне Ивана Купалы (6 июля по новому стилю), научные реконструкции, как, впрочем, и представления виккан, эзотериков и пантеистов, — что это летнее солнцестояние. Действительно, самая короткая ночь в году — вполне подходящее время для жар-цвета.
Но в народе есть еще одно представление, оно не связано ни с календарем, ни с церковным праздником, зато оно непосредственно связано с небесным огнем, причем с огнем редким, сказочным и завораживающим. Это зарницы — отсветы дальней грозы, когда не слышно грома, а тучи вспыхивают то белым, то сиреневым, то желтым, то розовым светом. Это зрелище может длиться несколько часов, поэтому неудивительна вера в то, что в чаще леса в это время расцветает папоротник.
Но почему мы говорим об этом под рябиной? Нет, не потому, что ее листья напоминают папоротник. Дело в том, что в народе такие ночи называют рябинными, — и это не от названия дерева, а от слова «рябой», которое дало имя и дереву, и этим пестрым ночам.
Солнышко светит ярко, ветерок играет листьями рябинок — и по нам бегают пестрые тени. Вот она, та самая рябь.
Теперь давайте задумаемся: верил ли реально крестьянин в пользу всех тех инструкций по сбору жар-цвета, о которых мы сегодня будем говорить? Знал ли он, что папоротник не цветет? У нас есть однозначный ответ: «Нет от папортного цвету, нет от камени воды, от меня, имярек, ни крови, ни руды». Это заговор на остановку крови: «Как папоротник не может зацвести, как из камня не может пойти вода, так чтобы у меня не шла кровь». То есть в обычной обстановке, вне праздничного разгула или изумления от зарниц, крестьянин не хуже нас с вами понимал, что папоротник не может зацвести, так же как из камня не может пойти вода.
Пейзаж со стогами.
National Museum in Warsaw
Но откуда же тогда все подробные наставления, как добыть жар-цвет?
Ответ будет довольно неожиданным: вы в кино ходите? Вы смотрите блокбастеры? Вы верите в реальность происходящего на экране? «Пока смотрим — верим», — отвечает кто-то, и группа кивает. Вот так и крестьянин нуждался в захватывающем фантастическом действе. Причем важно понять, что в абсолютном своем большинстве крестьяне ни в какой лес не ходили и ничего не искали, им вполне хватало рассказа «а вот если взять то-то и пойти так-то, то добудешь жар-цвет и он даст…» Воспринимайте это как домашний кинотеатр в условиях русской избы — и все безумные поверья вам станут понятны и логичны.
После такой теоретической подготовки мы можем идти в лес, то есть в дендрарий. Тропинка всем знакома, там и тут растут папоротники, но так близко от входа они явно обычные, неволшебные и неинтересные. Мы доходим до небольшой полянки, где растет ива — обхвата в два, вершина у нее обломана и спилена, зато нижние ветки весьма живописны. Вот тут мы и будем предаваться купальскому разгулу — ну, хотя бы мысленно.
Чем крестьянская культура принципиально отличается от городской? Тем, что у горожан есть выходные, а у крестьян — праздники. В чем разница? Выходной — это день, когда мы не ходим на работу (и многие посвящают его домашнему хозяйству), а праздник — это день, когда человек обязан быть
В чем сущность праздника? В том, что ты становишься не тем, кто ты в обыденной жизни. Ты надеваешь принципиально другую одежду — или шелковую, с позументом и жемчугом, или, наоборот, обвешиваешься соломой и надеваешь маску, становишься «шутом гороховым». Ты преображаешь свой дом, украшая его. Ты ешь иную пищу, нежели в будни. Словом, в праздник ты создаешь вокруг себя совершенно иную жизнь.
Сказка о цветке папоротника.
Частная коллекция / Wikimedia Commons
