Маргарит крутнулась перед зеркалом, одним на весь этаж. Оно по заранее установленному расписанию переходило из комнаты в комнату и сейчас досталось обитательницам двадцать четвертой. Платье сидело идеально, а глубокий зеленый цвет делал волосы ведьмочки еще ярче, превращал их в пламя. Маргарит выбрала облегающий фасон с узкими рукавами до локтя и свободной юбкой. Она полностью скрывала ноги, лишь при движении позволяя рассмотреть кончики бальных туфелек. Леди Отой догадывалась, подруга специально выбрала такую длину, чтобы скрыть маленькую тайну – обувь досталась ей по наследству от двоюродной сестры. Увы, семейство Буил не владело золотыми приисками или алмазными копями и могло оплатить только платье. Однако Маргарит сумела отвлечь внимание зрителя от бижутерии в ушах и на шее – главная «изюминка» притаилась сзади. Если спереди платье казалось целомудренным, то со спины поражало воображение смелым вырезом. Соседки в один голос твердили: Маргарит поймает в него не одно мужское сердце. «Скорее другой орган, – отшутилась в ответ ведьмочка и шепотом, чуть краснея, добавила: – А я не против, хочется уже. Может, Фредерик созреет». Фредериком звали ее кавалера, с которым они встречались целых три недели. «Целых» – по мнению Маргарит, разумеется. Будущий некромант произвел на девушек приятное впечатление: в меру наглый, со своеобразным чувством юмора, начитанный и, главное, не коллекционирующий постельные подвиги. Свела их с Маргарит… да, да, та самая магия смерти. Она решительно не давалась ведьмочке, результатом чего становились дополнительные задания. И вот, как-то задержавшись в библиотеке допоздна, отчаявшись совладать с очередным упражнением, Маргарит расплакалась. Она полагала, никто не увидит, все уже разошлись, но ошиблась. Фредерик подбирал литературу для реферата, услышал и подошел. В результате успеваемость ведьмочки улучшилась, а сама она закрутила роман с отзывчивым некромантом.
– А?
Даниэль оторвала голову от учебника и посмотрела на подругу. В голове еще звучали слова заклинания, перед глазами стояла его схема. Пусть лич больше не объявлялся, а Селестина вела себя как обычная ведьма, леди Отой не забросила занятия. Теперь в огород или на уроки зельеварения она ходила с самодельным амулетом, отгонявшим злые чары. Даниэль не была уверена, что собрала все правильно, но лучше плохая защита, чем никакой.
– Все только и говорят о бале, а тебя он совсем не волнует, – вздохнула Маргарит. – Аргус уже трижды заходил, спрашивал, не хочешь ли погулять. Развеялась бы, оторвалась от книг!
– Может, я хочу стать магистром магии? – усмехнулась девушка и потянулась за карандашом.
Она не надеялась на свою память, поэтому записывала заклинания в особую тетрадь. Сейчас Даниэль билась со связующим – одним из типов поисковых чар. Как и следовало из названия, заклинание соединяло творца с неким предметом или человеком невидимой нитью, с помощью которой его можно было отследить. До боли простая формула, но у леди Отой не получалось ей овладеть.
– Станешь первой в истории, – подала голос стоявшая спиной к девушкам Элжбета.
Она поправляла лиф, терзаясь в сомнениях, не ушить ли его, пока не поздно.
– Девочки, – стихийница повернулась к подругам и убрала руки от груди, – как, не слишком свободно?
Элжбета купила готовое платье и пару дней потратила на его доработку. Розовое, с открытыми плечами и юбкой-колоколом, оно отсылало к нарядам принцесс. Образ дополняли колье и диадема, в отличие от украшений Маргарит настоящие, фамильные.
– В груди? – подруги сразу определили проблему.
Пышный бюст Элжбеты выгодно смотрелся в лифе сердечком, показывая ровно столько, сколько предписывал вечерний этикет.
– Не хочу, чтобы оно сползло в самый неподходящий момент.
Стихийница чуть подтянула лиф и потеснила соседку перед зеркалом.
– Если сползет, бедная Маргарит останется без Фредерика, – не слишком удачно пошутила Даниэль.
– Пусть только попробует! – мрачно предупредила Элжбета.
В подтверждение ее слов на стене вспыхнули огненные буквы: «Укорочу лишний орган».
– Ничего, я не гордая, обратно пришью, – фыркнула ведьмочка. – Может, как практику зачтут. Платье в самый раз, не надо ушивать, лучше скажи, Лиш, как это, с мужчиной? У нас только ты пробовала.
Даниэль тоже навострила уши. Пусть узнает хотя бы в теории. При мысли о прикосновениях Антуана кровь прилила к лицу. Девушка не отказалась бы провести с ним ночь после бала, но понимала: грядущий праздник станет днем их расставания. Леди Отой сыграет невесту де Грассе, и все, договор расторгнут.
– Нормально, – пожала плечами Элжбета и приподняла волосы, имитируя будущую прическу. – В первый раз так себе, потом лучше. Говорят, от мужчины зависит. Той же Даниэль больше бы повезло, чем, скажем, мне.
– Почему?
Никогда прежде леди Отой не говорила на столь пикантные темы, но, странно, пока не испытывала смущения.
– Де Грассе не семнадцать лет, он точно не станет торопиться и тыкать куда попало. Вначале приходится терпеть, потом, когда парень научится… Словом, хорошо, что Фредерик старше тебя, Рит.
