Веккер, кажется, закончил свое выступление. Он протянул Бронстайну свежевыполненные наброски и окинул Анне вопросительным взглядом. Она улыбнулась ему, словно безмолвно соглашаясь с ним.
О чем шла речь?
Далберг на торцевой части навигационного стола склонился над магнитофоном с безучастным выражением лица и поставил новую кассету.
Бронстайн поднял голову.
— Я выставляю предложение на дискуссию. Прежде всего, вопрос, Веккер. Как Вы знаете, нам в первую очередь необходимо проверить геологические, метеорологические, географические
— Немедленно.
Веккер провел энергичным движением рукой по густым волосам.
— Более подходящее место для базы ракет, чем равнина, мы не найдем на всем спутнике; если институты разместятся по ту сторону вулканов, они будут находиться совсем близко и все же достаточно защищены от опасности, которые могут возникнуть во время старта и посадки атомных космических кораблей. Нашу задачу я вижу лишь в том, чтобы исследовать грунт в радиусе нескольких квадратных километров — работа, которую Вестинг выполнит на буровой установке за четыре-шесть недель.
Ага! Вестинг был в курсе. Геологического задания на исследование Веккеру было мало, очевидно он считал анализ грунта банальным делом, которое можно было доверить левой руке.
— Немного просто, как Вы это представляете, Вы не считаете?
— У меня тоже такое ощущение, — пробурчал комендант. — От четырех до шести недель?
— Максимум восемь.
— Чтобы мы правильно поняли друг друга…
Бронстайн пристально смотрел на геолога через край свой чашки. «Результаты наших исследований должны представлять собой фундамент, на котором логически сможет строить следующая экспедиция. После нас придут топографы, архитекторы и конструкторы; они предполагают, что мы
— Это значит, мы не можем пойти на анализ выборочных проб, а должны продвигаться вперед систематически, — объяснил Вестинг. — Мы проложим густую сеть буровых зондов на данной территории и окружим ее тремя-четырьмя кольцеобразными зонами — каждая примерно пять тысяч метров шириной, в которых расстояние между зондами каждый раз будет удвоено.
— А что Вы понимаете под «густой»? — Вестинг чувствовал тревожный подтекст вопроса. Он не был намерен сталкиваться с геологом нос к носу. Но он знал, что он, совсем как его ответ, не состоялся, вызывая противоречие, что Веккер попытается по меньшей мере поторговаться. Поэтому он посчитал более умным взвинтить свои требования настолько высоко, насколько это возможно. Затем он еще мог пойти на компромисс.
— Пять-шесть зондов на тысячу квадратных километров.
Веккер вскочил, его сжатые кулаки пронеслись над крышкой стола. Но они не стукнули. В самый разгар своего движения он остановился, пролепетал извинения и снова сел в кресло, окинув Анне растерянным взглядом.
От внимания Вестинга этот взгляд не ускользнул. Он незаметно разглядывал врача. Была ли договоренность между ней и Веккером? Поддерживала ли она его план? Посоветовала ли она ему избегать необдуманных реакций, чтобы он с самого начала не портил свои шансы? Может быть между ними было что-то личное? То, что он приударял за ней, не было загадкой, но до сих пор все не выглядело так, чтобы она симпатизировала ему. В любом случае, не больше, чем Далбергу, который, очевидно, преследовал ту же цель, осторожнее, но и без.
Вестинг мог видеть Анне только в профиль, но ему казалось, что она следила за разговором без особого интереса; выражение ее лица было скорее отсутствующим, почти таким, словно ее занимали далекие от этого мысли или словно она прислушивалась к самой себе. Кисти ее рук лежали на подлокотниках, растопыренные пальцы двигались, словно играя.
Он улыбнулся. Он заблуждался. Какой может быть интерес к геологическим концепциям у врача! И впечатление обворожительной молодой женщины она совершенно не производила.
Веккер молчал. Бронстайн спросил: «Сколько времени Вам понадобится для бурения?»
Астрохимик уже давно подсчитал параметры в уме.
— За час бур справляется с пятью метрами слоя материала степени жесткости четыре. Лишь в исключительных случаях необходимо спускаться глубже десяти метров, и жесткость в общем должна быть значительно ниже четырех. Я бы сказал: в среднем полтора часа на каждый зонд плюс тридцать минут на установку сейсмографов и прочих научных приборов на буровой платформе равно как для анализа буровых отходов — следовательно два, самое больше два с половиной часа.
— Иными словами: максимум четыре бурения на каждый слой.
