На стол с треском упали осколки потолка. Парень бесстрастно поднес горячий ствол к виску.
Сэмюэль прикусил губу и прошипел:
— Спокойнее. Вы в моем сне. В моем коконе. Любая рана, любой порез, любая травма здесь перенесется на Сцену. Поверьте, я знаю, о чем говорю.
Он кивнул на обрубок правого плеча.
— Спрошу в последний раз. Вы поможете или нет?
— Да, — ответил Майлд.
Сэмюэль бросил взгляд на Кью — осторожный кивок. Посмотрел на Зака.
— ... Ладно, — цокнул юноша. — Больше не зови нас.
Прикрыл глаза и глубоко вздохнул. Наконец-то договорились.
— Утром, перед работой, зайдите в участок и скажите офицерам, чтобы меня не искали. Передайте, что я хочу спокойной жизни и никому не принесу вреда.
— А узнали мы откуда? — спросил Майлд.
— От меня. Я рассказал вам это и «случайно» проговорился, что скрываюсь на Свалке неудач. Сказал, потому что мне нужно передать сообщение. А вы просто «случайные» посланники.
— Попробуем. Ничего не обещаю.
— Благодарю, — с облегчением выдохнул Сэмюэль.
Долгий разговор подошел к концу. Пора просыпаться. Он закрыл глаза и попробовал открыть. Не в коконе. Настоящие. Подделка занимала единственную руку, держать постоянно ствол у виска было неудобно.
Распахнул веки и увидел темно-желтое небо. Проснулся.
Спина болела от слишком жесткой постели — Сэмюэль спал на каменном обломке. Левая нога пульсировала. Присмотрелся. Нижняя часть голени разбухла, кровь окрасила марлю в алый. Нужна была перевязка и лекарства. Дими занесла какую-то заразу.
Сэмюэль простонал и поднялся, оперся на стену. Темнота. Он проснулся посреди ночи. Чудесно.
Парень встал на ноги и захромал к выходу.
— Ты здесь? — бросил в темноту. Феи нигде не было. — Амелия?
— Здесь я, — раздраженно зашипела она сбоку.
Посмотрел в сторону. Из темно-желтого треугольника вниз прыгнул комок тьмы и подбежал к нему.
— Договорились, — сказал Сэмюэль. — Они помогут мне. Не знаешь, где я оставил камень? Может, понадобиться.
— Он бесполезен. У якоря закончилась мана.
— Как закончилась? — недоумевал парень. — В жизни не поверю, что остальные практики создают заново свои заготовки. В этом нет смысла!
— У меня нет настроения, — цокнула фея. — А у тебя — времени.
— Что-то случилось?
— Время, дитя человека. Действуй. Потом поговорим.
Амелия вцепилась в правую ногу, вскарабкалась к животу и пролезла под плащ.
— Ладно, — вздохнул Сэмюэль. Она права. Сейчас не время для лишних разговоров.
Парень взял с пола два камня. Пригодятся. Сунул в карман и захромал в сторону жилых ульев. В сторону дома.
Он крался в ночи, прилегал спиной к стенам, выглядывал из-за углов — проверял дорогу. Хромота и боль тяжелыми якорями тащились следом, замедляли, выдавливали стоны.
Деньги. Первым делом Сэмюэль нуждался в деньгах. Мысли вращались вокруг зеленой лавки миссис Нотовой. Лекарства от жара, обезболивающего и бинтов. Он прикусил губу.
«На поезд может не хватить».
Лекарства обходились дорого. В прошлом Сэмюэль наперед высчитывал расходы, чтобы хватило на мазь отцу.
Он оперся на стену улья рукой. Дыхание сбилось от энергичной ходьбы. Дома. Почти дома. Взгляд вскарабкался по окнам на второй этаж. До квартиры рукой подать. Внутри не горел свет — хороший знак.
Нет. Не все так просто. Сэмюэль чувствовал подвох. Ему никогда не везло. Глупо надеяться, что сейчас мир проявит милосердие.
— Эй, — прошептал парень. — Забеги в улей и проверь второй этаж.
Амелия не ответила.
Сэмюэль подошел к металлической двери и приоткрыл. Фея молча сползла по штанине, пролезла в небольшую щель. Он ждал, ждал, ждал долго — левая рука ныла от держания двери. В ульях входные двери захлопывались сами, чтобы не пропускать внутрь желтый смог.
Что-то тяжелое полезло по ноге вверх, и Сэмюэль медленно прикрыл дверь, захромал в улочку между ульями.
— Ну как?
— Двое на входе.
— Чулять, — приглушенно выругался. Жизнь продолжала вставлять палки в колеса.
Сэмюэль прикусил губу. Левая рука нащупала в кармане плаща камень.
«Как-то попасть в квартиру», — посмотрел вверх.
Он подумал про мгновенное перемещение. Быстро отмел мысль. Отдача разорвет его на части. Что-то сделать с офицерами? Оглушить? Убить? Помотал головой. Убийство не было выходом. Никогда.
Парень сжал камень крепче. Сэмюэль попадет в квартиру иначе. Глубоко вдохнул, закрыл глаза и прошептал старое заклинание для дробления камней. Изменил формулу, избавился от повеления.
Благоговение растеклось по разуму сладким медом. В спине что-то громко хрустнуло, и волну радости иссушило пламя боли. Жар обжег кожу изнутри, мышцы безостановочно сокращались.
В ужасе Сэмюэль отпрянул от стены, ощущения вмиг прекратились. Резко обернулся. По стене расползлась паутина трещин. Отдача связала спину с камнем и сокрушила. Повезло. Он подумал, что сломал позвоночник.
Приставил ноги к стене, прислонил лицо к холодному камню и осторожно постучал два раза. Из неровной стены выехала ступенька — две ноги поместятся с трудом. Сэмюэль не собирался идти. Постучал выше и дальше — выдвинулась ступенька.
