— Ничего конкретного. Назовем это смутной интуицией. Видите ли, профессор, вот уже в течение месяца отец Штреб стал очень интересоваться перемещениями Его Святейшества папы, что не входило в круг его обязанностей, так же, впрочем, как и моих. Однако дружба, которой удостаивает меня Святейший Отец, позволяла мне всегда быть осведомленным о его планах. Он даже часто советовался со мной по поводу той или иной поездки. Так вот, отец Штреб во время наших бесед пытался выспросить, что мне об этом известно, и эта упорная настойчивость сначала навела меня на мысль, что он передавал информацию в газеты, которые всегда охотятся за неофициальными сведениями, не так ли? Но после его загадочной кончины я, должен признаться, пришел к иному выводу. А не работал ли он на какое-нибудь иностранное ведомство?
— Вы проницательны, Ваше Высокопреосвященство,—сказал Сальва.— Но не случилось ли так, что вы невзначай обронили какие-нибудь сведения, которые попытаются использовать противники либерализации Востока?
— Чтобы навредить Его Святейшеству, не так ли? — спросил кардинал хриплым голосом.— Да, мое предчувствие оказалось верным. Этого отца Штреба рекомендовали мне люди, которым я не должен был доверять. И я понимаю, конечно, почему Москва руками польских коммунистов желала бы скомпрометировать деятельность папы, но как церковнослужители могли содействовать реализации этих ужасных планов?
— Некоторые из них убеждены, что польская церковь все потеряет с ослаблением коммунистического режима. Над этим стоило бы поразмыслить. Эти представители духовенства считают, что интерес к Церкви, к религии — это в какой-то мере протест против марксистской идеологии, а также убежище, в котором можно спрятаться от трудностей будничного существования. Наблюдатели называют это объективным альянсом Церкви и коммунизма. Странная парочка, не так ли?
Кардинал Катальди покачал головой и глубоко вздохнул.
— Польская церковь никогда не чувствовала недостатка в интегристах, эти люди не знают чувства меры. Ими руководят иррациональные страсти. Конечно, они горды, что один из них сидит на троне святого Петра, но в то же время они обвиняют его в чрезмерном потакании западной мягкотелости. Мне это кажется странным, поскольку я хорошо знаю доктринальную непреклонность папы. Но что я могу сделать? И чем могу быть вам полезен?
— Какими будут ближайшие перемещения папы? — спросил Сальва.
— За его перемещениями сложно проследить, например, он почти каждый день посещает тот или иной собор, когда находится в Риме. Что касается дальних путешествий, то, пресса об этом уже сообщила, он скоро отправится на неделю в Латинскую Америку, потом на три недели в Женеву... Папа собирается также вновь посетить Польшу, но дата этого визита еще не определена. Вы легко можете получить все эти сведения в канцелярии.
— Нет ли среди всех этих передвижений чего-то необычного?
Кардинал задумался на минуту, потом, улыбнувшись, сказал:
— Я могу вам доверять, не так ли? Это должно храниться в строжайшей тайне. Иоанн Павел II должен встретиться в частной обстановке с верховным раввином Рима. Эта встреча состоится в доме князя Ринальди да Понте в ближайшую среду в третьем часу дня. Я буду сопровождать его с огромным удовольствием. Мне всегда казалось, что Церковь длительное время была несправедлива к евреям, а ведь они в плане веры были нашими предками. Иисус был еврей. Наша святая Богоматерь была еврейкой. Все апостолы были евреями. Святой Павел был еврей. Через них мы также можем считать себя евреями. Так сказать, приемными детьми евреев.
— Отец Штреб знал об этой встрече? — спросил Сальва.
— Это он отпечатал на машинке письмо князю, в котором указывалось окончательное время встречи.
Услышав это тревожное известие, гости наконец сочли возможным попрощаться и возвратились в зал святого Пия V, где их ожидал Базофон.
Адриан подумал: “Может ли тьма раствориться в свете?” Потом некоторое время вспоминал, где он мог слышать эту фамилию — Ринальди да Понте. Конечно, это же фамилия Изианы?
“Проснувшись, юноша увидел, что прекрасная эфиопка исчезла. Попугай сидел на шкафу и с высоты поливал его бранью.
— Лодырь! Поднимайся! Женщины — это исчадия тьмы. Ты и так потерял уйму времени с этой погребальной тряпкой. Так надо было тебе терять его еще и с этой девкой? Я тебя нанял с условием, что ты будешь сопровождать меня до самого Понта Эвксинского. Отправляйся! Нам нужно еще отыскать колдуна Симона, чтобы он вернул мое человеческое естество.
