– Ты никогда не изменишься. – От его нежной улыбки у меня в душе что-то перевернулось, по телу разлилось сладкое пламя. – Когда же ты поймешь, что даже быть рядом со мной опасно?
– Я не хочу меняться. – Мой шепот прерывался.
– Это не повод забывать об осторожности. – В голосе Лео звучали очаровывающие бархатистые нотки. Его правая рука поднялась и поправила непослушный локон, выбившийся из моего хвоста.
– И доверии.
– Я его не заслуживаю.
– Мне все равно.
Его взгляд обжигал мое лицо и губы, вызывая ответный огонь в крови. В этот миг весь мой мир сосредоточился на Леонардо. Его страстный взгляд, лаская, заставляя глубже дышать, прошелся по моему лицу и замер на губах. Это было чудесно, похоже на поцелуй, нематериальный, легкий, словно прикосновение крыльев бабочки. Мы не касались друг друга, хотя и стояли очень близко друг к другу близко, я боялась вздохнуть, пошевелиться и разбить очарование.
Руки Лео очень осторожно обвились вокруг моей талии и притянули меня к нему, от его пальцев словно протянулись огненные струны, в то время как взгляд его, не отрываясь, следил за мной, пытаясь разглядеть, угадать малейший намек на отказ, отрицание или неприязнь. Он будто проверял насколько далеко может зайти, не вызвав моего отвращения или гнева.
«Как ребенок, тянущийся к конфете», пришло на ум неожиданное сравнение. Я подавила смешок. К моему удивлению, Леонардо тоже тихо засмеялся.
– Что такое?
– Ничего.
Ничего? Обнимает девушку и смеется, а на вопрос почему, ответ только один – ничего! Нормально. Захотелось оторвать ему уши.
– Прости, прости. Просто в твоей голове всегда такие неожиданные и забавные образы. Оторванные уши вампира, действительно жестоко. – Вновь рассмеялся он.
– Погоди, как ты узнал? Ну, в смысле, если бы ты умел читать мысли, я б давно заметила… Ты ведь не?..
По моей спине пробежал холодок страха. Только не это! Тогда получается, что он знает все, что я к нему испытываю! Это просто непостижимо! И коварно.
– Не думаю, что кто-то в мире в состоянии читать весь тот бардак, что зовется нашими мыслями. Да он за пять минут с ума сойдет. – Сострил Леонардо, с напускной серьезностью глядя на меня сверху вниз.
– Вот видишь, ты даже знаешь, что искать его нужно в психушке. – Прошептала я, нервно покусывая нижнюю губу. – И все же, как?..
– Природное чутье?
– Ну, все. – Я попыталась вырваться из его объятий, но он не отпустил.
– Постой. Я расскажу, только постой так еще немного.
– Зачем? Ты все равно играешься со мной как кошка с мышью.
Он тяжело вздохнул:
– Потому, что ты единственный человек, к которому я могу нормально прикасаться. – Столкнувшись с еще одной волной моего удивления и недоумения, Лео пояснил:
– Я могу чувствовать, ну или видеть, так, наверное, точнее, образы мыслей человека, которого касаюсь. Не все, лишь самые оформленные и яркие. И всегда могу сказать, лжет человек или говорит правду.
– И все? То есть ты видишь не все? Только самую малость?
– Конечно. И я не виноват, это происходит против моей воли.
Внутренне я вздохнула с облегчением – он не знает, ведь даже в воображении я не смела представить его рядом с собой. На смену страху пришло неизменное любопытство.
– Поэтому ты избегаешь толпы? И не любишь, когда касаются твоей руки?
– На счет толпы ты права. Обычно сама моя аура не позволяет людям приближаться ко мне слишком близко. Инстинкт самосохранения говорит им, что в пищевой цепочке мы стоим выше их. Но толпа… Она безумна, как стадо овец, бегущее от волка в пропасть.
– Почему тогда ко мне ты можешь прикасаться?
– Сам не знаю. Может все дело в твоем образе мыслей или что-то в твоей голове тикает именно так, как мне нужно…
– Не понимаю…
Приятно было услышать, что для Леонардо я не такая как все остальные люди, только вот причина этого была весьма туманна. Хотелось бы услышать что-нибудь более определенное, но я решила, что не стоит дальше развивать щекотливую тему, тем более что в голове рождались все новые и новые вопросы.
– А перчатки? Ты не пробовал их носить?
– Конечно, пробовал. Только какой толк в тоненькой полоске кожи, рвущейся при малейшем твоем движении? – Усмехнулся он и с явным удовольствием провел рукой по моей щеке, точнее обвел ее контур, так и не коснувшись кожи. Как дуновение ветерка.
– Ты прекрасный цветок. – Его лицо вдруг помрачнело. – Но если сорвать цветок, то, как бы я его не берег, он завянет.
С этими словами рука Лео безжизненно опустилась и он, освободив меня из своих объятий, прошел через прихожую к входной двери. Оставшись без его поддержки, я ощутила неприятный холодок одиночества.
– Для нас обоих будет лучше как можно меньше времени проводить вместе. Не стоит расслабляться. – Он произнес это своим обычным холодно-безразличным тоном, ясно давая мне понять, что все произошедшее до сей минуты мне стоит выкинуть из головы.
Боль. Острая боль пронзила меня, но я подавила все ее внешние проявления и с мрачным спокойствием ответила:
– Ты прав.
