В этой программе чёткая последовательность некоторых действий (строительство гнезда, например) сочетается с необходимостью проявлять личную инициативу, самостоятельно ориентироваться в окружающем мире. Естественным отбором и борьбой за существование невозможно, как мне кажется, объяснить такое врождённое поведение.
Марсоход – автономная исследовательская станция – тоже работает по программе. Для её создания и реализации потребовались усилия многих поколений учёных разных специальностей, развитие производств, тончайшие технологии, труд многих научно-исследовательских институтов, колоссальные затраты энергии, средств, интеллектуального и физического труда.
Однако маленькая одиночная оса в своём поведении показывает более высокий творческий потенциал, чем марсоход. А сколько таких малых и больших живых существ обитает в Биосфере! Каков же её творческий потенциал! Людям следовало бы её боготворить, сотрудничать с ней, учиться у неё, признавать её приоритет.
Земная природа – поистине Богоматерия! Из этого следует исходить людям, организуя своё глобальное хозяйство.
…Цивилизация – социум искусственный, созданный на основе государства. Каждый из нас вроде бы существует сам по себе. Но мы все – знакомые и незнакомые, ближние и дальние, прошлые поколения и будущие – связаны воедино. Нас объединяет Биосфера, без которой невозможно жить. Нас объединяют общество, культура, накопленные знания, без которых нельзя жить по-человечески.
Люди изобрели письменность и другие уникальные средства общения, хранения и передачи информации. Таков коллективный разум человеческого сообщества. Теперь он усилен вроде бы компьютерами, Интернетом.
И всё-таки разум биосоциума значительно эффективнее человеческого. У животных каждый инстинктивно действует на благо сообщества. Он без раздумий выполняет повеления незримого коллективного разума.
У нас каждый человек – особенная личность. Прекрасно! Жаль только, что слишком часто такие индивидуумы действуют на собственное благо и во вред обществу и глобальному организму Биосферы.
Травы, цветы, деревья не имеют мозга, не способны двигаться. Им нет необходимости обдумывать или выбирать маршруты, преодолевать препятствия, прятаться от врагов, нападать на соперников. Они молчаливы, лишены органов зрения, слуха, обоняния.
Мудрая природа поступила верно, обделив умом и чувствами растительное царство. Зачем нужны думающие кусты и деревья, нервные травы и цветы? Разум не даст им ничего хорошего – только лишние страдания при сознании своего бессилия.
Бельгийский писатель Морис Метерлинк рассуждал так:
«Если попадаются растения и цветы неловкие и неудачливые, то нет ни одного, совершенно лишённого мудрости и находчивости. Все напрягают силы к достижению своего призвания. Все исполнены гордого желания захватить и покорить поверхность земного шара, умножая до бесконечности представляемую ими форму бытия.
Для достижения этой цели растениям, вследствие закона притяжения, приковывающего их к почве, приходится одолеть гораздо большие трудности, нежели те, которые препятствуют размножению животных. Поэтому большинство растений прибегает к хитростям, комбинациям, к устройству снарядов и силков, которые в отношении механики, баллистики, воздухоплавания и наблюдений над насекомыми часто превосходят изобретения и знания людей…
Цветок дает человеку удивительный пример непокорности, мужества, неутомимости и находчивости».
Может показаться, что писатель допустил поэтическое преувеличение, увлёкся игрой слов. Он назвал недвижные, бесчувственные растения неловкими, неудачливыми, мудрыми, находчивыми, изобретательными. Как будто они подобны людям! Словно нам есть смысл у них поучиться!
И всё-таки Метерлинк прав. Существуют цветковые растения, которые превосходят в изобретательности животных.
Хищникам необходимы быстрый бег, сильные мышцы, острые когти и зубы. Добычу надо разжевать, проглотить, переварить, извергнуть вон. Значит, требуются рот, пищевод, желудок, кишки.
У растений ничего этого нет. Зато некоторые из них добиваются той же цели – питания – проще и надёжнее.
К примеру, венерина мухоловка. У неё лист разделён на две половинки. Это – живой капкан. По краям листьев торчат выросты-зубчики. Они могут смыкаться, как сцепленные между собой пальцы рук.
На внешней стороне каждого полулиста – по три чувствительные щетинки. От них отходят тоненькие жилки к черенку. Стоит насекомому прикоснуться к щетинкам, лист-капкан захлопывается. Получается подобие плотно закрытой кастрюльки. Сюда поступает пищеварительный сок. Теперь капкан превращается в желудок, где пища переваривается.
Насытившись, лист раскрывается, и остатки еды падают с него. Живая ловушка снова открывает свои объятия навстречу очередному недогадливому животному. Оно имеет мозг, но растение умеет его перехитрить.
Лист-капкан со временем подсыхает, утрачивая быстроту реакций. Растение и тут нашло верный выход: сбрасывает «отработанный» листок. На его месте вырастает свежий – гибкий и чувствительный.
