Заговор Феникса полностью

Волна из пяти шок-десантников Ротэма ворвалась внутрь и была мгновенно уничтожена. Прикрывающий огонь с их стороны был бесполезен против превосходящих по численности войск Пеллеу. Вторая ударная волна также потерпела неудачу. Они погибли, пытаясь разгрести беспорядок из стульев и препятствий, расставленных Пеллеу, и их тела присоединились к обломкам. Удерживать этот заслон люди могли какое-то время. Но и Кельвин, и Пеллеу знали, что их оружие скоро будет исчерпано. А когда они попытаются подобрать еще что-нибудь из новых мертвецов Ротэма, их самих зарубят.

И поскольку у них были свободные люди, волна за волной солдаты Ротэма врывались в комнату, но тут же умирали. Им удалось сделать несколько удачных выстрелов и задеть людей то тут, то там. Было неясно, кто мертв, а кто просто ранен. В пылу сражения Кельвин сосредоточился на заслоне.

Он выстрелил в двух Ротэмов, убив одного и ранив другого. Его затвор открылся, и он понял, что патроны кончились. Кельвин перекатился в укрытие и стал ждать. Набравшись храбрости, он выскользнул из укрытия и попытался достать новое оружие. Зная, что смерть настигнет его быстро, независимо от того, сделает он эту попытку или нет.

Именно из этого положения, лицом к окну, он увидел, что планета движется, и понял, что корабль перестраивается. Неужели эскадрилья пришельцев покидает систему?

А потом шум боя утих. Он осмелился поднять голову и увидел, что дымный проем начинает рассеиваться. Под ним солдаты спецназа и несколько членов экипажа были напряжены и готовы к следующей волне. Но ее не последовало. Неужели Ротэм решил, что они теряют слишком много людей, применяя тактику прямого нападения?

– Чего ждут эти ящеры? – спросил Майлз.

– Как ты думаешь, они будут травить нас газом через вентиляцию? – спросила Сара.

– Может, мы нужны им живыми? – предположил солдат.

Свет померк, и Кельвин решил, что питание отключили. Дисплей мерцал и гас, и еще несколько систем, казалось, вышли из строя.

– Они собираются нас переждать, – сказал Кельвин.

Глубокий гул наполнил корабль. И еще несколько консолей отключились. Кельвин оглянулся на иллюминатор и увидел огни перестрелки звездолетов. Они становились все ярче и ближе. Пронзая темноту на короткие мгновения, снова и снова, как призрачные вспышки.

И вот вдали, все ближе и ближе, показалось мрачное стальное лицо Харбингера. Его орудия пылали, кромсая ближайший корабль Ротэма, словно тот был сделан из бумаги – единственный корабль, стоявший между ним и тем, кто держал их в плену.

Кельвин потерял его из виду, когда корабль, на котором они находились, повернул, пытаясь маневрировать в сторону от Харбингера. Но Кельвин почувствовал, что надежда возвращается, и крикнул.

– Харбингер… Я видел Харбингер!

– Что?

– Он атакует корабли Ротема!

Инженер подбежал к ближайшей рабочей панели – не так уж много систем оставалось в сети. Но ему удалось подтвердить это.

– Харбингер здесь. Вместе с тремя другими человеческими кораблями – включая Солнце Свободы.

Все снова зааплодировали.

– Да! Да! Я знал это! Я знал это! – сказал Майлз. – Жрите смерть, ублюдки! – крикнул он в иллюминатор, наблюдая, как уничтожается еще один корабль Ротэма.

– Я не верю в это, – прошептала Саммерс.

– Может быть, его неправильно поняли, – сказал ей Кельвин.

Она не подняла глаз.

– Ему есть за что отвечать.

– Да, – согласился Кельвин. – Но не сейчас.

– О, посмотрите на это! – сказала Сара.

Они видели, как маленькие ракеты и более крупные снаряды пробивают щит их корабля и врезаются в корпус. Выводят из строя двигатель, прежде чем корабль успевает выскочить из системы.

– Пульсарные торпеды, – сказал Майлз. – Они хотят вывести нас из строя.

Харбингер атаковал их в лоб, и, когда они обменялись огнем, стало ясно, что корабль Ротэма не имеет равных. Град снарядов обрушился на них, как сокрушительная приливная волна. Многие из них были перехвачены ракетами, энергетическими лучами и обычными выстрелами. Но большинство – нет. И на каждую торпеду, не попавшую в цель, казалось, выпускалось еще две. Пробивая защитный экран, они попадали в критические зоны корабля Ротэмов.

В мгновение ока судно замерло в космосе. В этот момент Харбингер изменил угол и исчез за окном.

– Как там дела, Пеллеу? – крикнул Кельвин с платформы.

– Пока все чисто, – ответил он. – Других волн пока не видно.

– Почему они не атакуют нас? – спросил Майлз.

– Я думаю, – предположил Пеллеу, – солдат перебросили в другое место, чтобы подготовить к вторжению.

Шень вскочил на ноги и зашатался по пандусу к поднятой платформе. Полевой медик попытался остановить его, но Шень только смотрел на него, пока тот не отошел в сторону.

Не возражая, Шень подошел к ближайшей функционирующей консоли и, поработав с ней несколько секунд, сказал:

– Это правда. Харбингер пристыковался к этому кораблю, вырезал и запечатал несколько отверстий. Они начали операцию по высадке.

– Должно быть, они засекли наш маяк, – сказала Саммерс.

– Это не все хорошие новости, – сказал Шень.

– Что?