Вскоре некромант и травница вышли из небольшого переулка на широкую улицу, по которой прогуливались дроттины и красивые нарядные фру. Большая часть из них стекалась к зданию на перекрестке, с колоннами у входа.
— Итак, милая йомфру, мы у цели, — улыбнулся Ингимар.
Они влились в небольшой поток людей, которые проходили в театр. Попав внутрь, Яролика только и делала, что в восхищении смотрела по сторонам.
— Я никогда в жизни не видела ничего подобного, — призналась девушка, когда они оказались в зале и сели на свои места. — А ведь еще даже представление не началось.
— Ничего, — добродушно улыбнулся Ингимар. — Главное ведь — начать. Это определенно мое упущение, что ты здесь еще ни разу не была. Я обязательно его исправлю.
Яролика смутилась, однако ответить ничего не успела. Свет в зале приглушили, и осветили сцену. И вот началось первое действие. Девушка в волнении следила за происходящим на сцене, вздыхая и сопереживая героям. Ингимар, уже видевший это представление, не столько смотрел на актеров, сколько косился на Яролику, пока она, поглощенная спектаклем, не обращала на это внимания. Ингимар подумал про себя, что она становится красивее с каждым днем, и при этом ее красота не делается броской или вульгарной. Яролика все больше сияла легкой цветущей нежной красотой полевого цветка, распускаясь и своей простотой и грацией затмевая всех тех ярких дам, которые были вокруг.
Ингимар едва слышно вздохнул и перевел взгляд на сцену. Ему совершенно не хотелось пользоваться ситуацией и как-то влиять на Яролику, пока она зависела от него. Еще какое-то время назад он подумал, что не мешало бы дождаться, пока Яролика получит аттестат о начальном магическом образовании, и только тогда начать ухаживать. Однако получения аттестата нужно было ждать еще до конца года, и сегодня некромант, после долгих дней, полных работы, увидел девушку и, не сдержавшись, пригласил ее. Он уверял сам себя, что это не свидание, а просто прогулка, но все же не слишком в это верил.
Наконец некромант тряхнул головой и, усилием воли отогнав от себя мысли, сосредоточился на театральном действии. Следующие два с лишним часа они наслаждались спектаклем, и, когда они покинули театр, на улице уже начало темнеть, поэтому Ингимар решил взять кеб.
— Это так замечательно, — Яролика вздохнула. — Спасибо тебе, что ты меня сюда сводил.
— Мне это тоже доставило удовольствие, — улыбнулся Ингимар. — Так что если тебе понравилось, то мы обязательно сходим еще раз. А у вас такого не было?
— В нашей деревне уж точно, — развела руками Яролика. — А в городе по соседству раньше был театр, но его переделали и ставили там только нравоучительные религиозные постановки по библейским историям. Библия — это главная книга православных, ты, наверно, знаешь. Нам пришлось сходить туда один раз, — она передернула плечами. — И больше мы там не были, все слишком страшно, и жестоко, и тяжело. Не то что здесь. Актеры такие талантливые, и история очень интересная.
Ингимар едва заметно помрачнел, но тут же мягко посмотрел на девушку.
— Забудь о том, что было раньше, — сказал он. — Больше никаких религиозных нравоучений и никаких православных. В Сольгарде в общем-то довольно свободно относятся к религии, как ты могла понять на примере Аурвандила.
— Это точно, — согласилась девушка. — У нас бы его… Да, впрочем, не стоит вспоминать. Хотя меня сегодня так и тянет на воспоминания.
— Вспомни что-то другое, — посоветовал Ингимар. — Расскажи мне о вашей деревне. И не говори, что в деревне было скучно. Все сельские жители так говорят, но на деле жизнь везде интересная и полная событий. Вот, например… у вас же были какие-то развлечения все-таки? Праздники?
— Ярмарки, — не удержавшись улыбнулась девушка. — Это у нас всегда было. Очень весело. Зимой мы строили на площади снежные крепости, совсем рядом с торговыми рядами. Играли там… Ну летом без крепостей, но все равно развлечений хватало. Над парочками подшучивали все время, — прыснула она, словно вспомнив что-то.
— А над тобой подшучивали? — будто бы незаинтересованно спросил Ингимар.
Кеб между тем остановился, некромант протянул плату кебмену, вылез сам и подал руку травнице.
— Нет, надо мной нет, — ответила Яролика. — Я… Понимаешь, я как-то опасалась всего этого. Мы, конечно, жили дружно, и, наверно, если бы мне кто-то понравился, я бы открылась ему о своих умениях, но …
— … никто не нравился, — продолжил Ингимар, едва заметно улыбаясь в темноте.
— Ну… да, — кивнула девушка, досадуя на себя и жалея, что не сходила на пару свиданий, на которые ее звал сын мельника. Может быть, тогда сейчас и не мямлила, а говорила бы побойчее.
Дом встретил их тишиной и спокойствием. Было еще не так поздно, но ни Гориславы, ни Аурвандила не было слышно. Возможно, алхимик колдовал в своем подвале, а сирена уже отправилась спать.
Яролика машинально остановилась.
