После всего, что он услышал про нее в последнее время - от Чернека, от советников, Велибор, как это ни странно, нисколько не сомневался в ее честности; хотя в редкие моменты ему начинало казаться, что это его чувства к ней делают его слепцом; он будто что-то упускал, что-то, что все другие уже видели, а все из-за треклятой любви, которую он никак не мог подавить в себе.
Добронег медленно встал, вздыхая от болезненных ощущений при разгибании, и пошел к двери. Там он остановился и, прежде чем выйти, сказал:
- Больше всего на свете мне бы хотелось, чтобы твои потомки взошли на престол.
Дверь захлопнулась, а Велибор никак не мог вернуться к бумагам, все смотрел задумчиво на мутное небо, а затем на приглушенный солнечный свет, падающий на рассыхающуюся древесину стола.
Очень скоро Сейвина пришла к нему. Велибор сидел задумчиво за столом, глаза его были грустны. На столе лежали недописанные бумаги, к которым он так и не притронулся после разговора с Добронегом. Она вопросительно посмотрела на него.
- Завида уже ведет свои войска к нашей земле. Очень скоро выдвинутся Чернек и Часлав. Скажи мне прямо, Сейвина, сможешь ли ты противостоять им всем?
Сейвина упала в кресло, в котором еще давеча сидел Добронег.
- Я сомневаюсь в этом, - ответила она прямо.
Велибор потер нервно лицо.
- Как ты можешь сомневаться в этом? Я видел, на что ты способна. Твоя мощь безмерна! Ты одна превратила в землю целые болота чудищ! Ты одолела хитроумную магию Часлава.
- Я не могу быть во всех местах сразу. Но главное, есть кое-что, что ты должен знать, - она замолчала, опустив голову. Губы сжались, будто отказываясь говорить правду. С большим усилием она все же продолжила, - Я утратила свои способности очень давно. А здесь они возвращаются, но возвращаются сами по себе; я не знаю, что будет дальше, и как я могу сослужить тебе.
- Быть того не может! - прошептал Велибор, теряя дар речи.
- Нам нужна помощь, мы должны обратиться к Чернеку. Он ведь обещал тебе, что поможет, если я перейду на его сторону? Начни переговоры, тяни время, чтобы получить возможность придумать что-то.
- Вступить в переговоры с Чернеком? С Чернеком, который торгуется тобой, тобой, Сейвина? Неужели у тебя не осталось уважения к себе?
- Я не говорю, что ты отпустишь меня к нему, нет. Но ты можешь обмануть его, можешь дурить ему голову, пока мы будем вести войну на севере.
Велибор разочарованно качал головой.
- Твои способы ведения войны неприемлемы для меня.
Сейвина вскочила с кресла, взволнованно шагая по комнате. Она закрыла лицо ладонями, казалось, от бессилия.
- И что мне делать с тобой, что? - говорила она, - как же ты наивен!
Потом она остановилась у окна, глядя на еще не закатившееся солнце.
- Остается только один выход. Мы попросим помощи у Духовлада.
- Он согласится? - выдохнул Велибор, не понимая, как эта простая мысль еще ни разу никому из них не пришла в голову.
- Вряд ли. Но попробовать стоит.
- Как мы сделаем это? Как далеко Баллия?
- Далеко, очень далеко. Нам с тобой не добраться ни морем, ни сушей. Однако у меня есть перстень, когда я его надену на палец, Духовлад узнает, что я прошу его прийти. Пойдем.
Велибор удивленно вскочил с кресла и последовал за ней. Они пошли по круговым лестницам высоко-высоко, на самый верх башни. Там они оказались на большой площадке, с которой открывался вид на город и близ лежащие поля и овраги, следом за которыми простирались леса и небольшие села. Сейвина достала из кармана перстень с большим кровавым рубином и надела его торопливо на палец, а затем подняла взор на синее бескрайнее небо. Им пришлось ждать, терять надежду и снова ждать. Но все-таки он явился им. В высоком небе показались далекие черные точки. Приближаясь, они превратились в больших грифонов с орлиными головами и львиными телами. На самом большом из них восседал Духовлад. Он смотрел на них грозно, словно они потревожили его покой. Когда гриффоны опустились на каменную площадку, Духовлад, оставаясь верхом, вопросительно посмотрел на Сейвину. Она зашагала к нему навстречу, Велибор следовал за ней. Затем она кивнула правителю Радии, чтобы тот сам заговорил.
- Я Велибор, правитель Радии, и я прошу тебя, владыка Баллии, о помощи.
- Я знаю, кто ты, - сухо ответил Духовлад, - я помогу тебе, человек, но сначала ты должен кое-что увидеть. Прошу, - он сделал жест рукой, указывая на грифона.
Велибор недоверчиво глянул на Сейвину, но она утвердительно покачала головой: Духовладу не было смысла убивать Велибора; ему и его земле и так грозила гибель. Он вскочил на грифона, и они оба, вместе со стаей, поднялись высоко в небо, так высоко, что дворец превратился в маленькую серую точку.
Грифоны, словно читая мысли Духовлада, куда-то безмолвно несли их. Очень скоро Велибор увидел темные грозовые тучи, раскаты грома и молнии, а в этом темном небе была огромную воронку, разделившую небо на две части. Вихри воздуха все засасывали в себя: тучи, клубы дыма. Грифоны летели прямо в нее, будто им не страшны были ни раскаты грома и молнии, ни воздушная воронка.
