Через какое-то время Сейвина сидела в кресле и пыталась сосредоточиться на том, что ей как-то поведала Деяна об утраченных способностях. Вдруг она увидела светлые блики где-то сбоку; она резко повернулась, и тут-то перед ней оказалось сразу несколько вытьянок, среди них и Ружана. Она, как главная и первая среди них, заговорила. Не ждала Сейвина ничего хорошего от нее, памятуя о первом встрече с ней, но спокойный и в каком-то смысле даже немного заискивающий ее облик сейчас заставил поверить в то, что Ружана, быть может, переменила свое отношение к ней.
- Мы знаем о том, кто ты, - заговорила Ружана, - и мы обращаемся к тебе за помощью, ведь ты наша, быть может, последняя надежда.
Сейвина удивленно вскинула брови.
- Откуда вы знаете, кто я?
- Я подслушала ваш разговор с князем Чернеком в первый день, я пряталась в стенах, когда это происходило. Я знаю твое имя, тебя зовут Сейвина, и мы выяснили, что это значит.
- И что же это значит? Как я могу вам помочь и чем?
- Ты даешь жизнь, ты можешь дать ее и нам, воскресить нас, сделать нас людьми. Прошу, сделай нас вновь самыми настоящими людьми.
- Вы хотели бы покинуть это место?
- Не совсем, - замялась Ружана, - наша цель... в общем, мы хотели бы... хотели бы стать вурдалаками: жить вечно и быть сильнее, быстрее и опаснее, чем люди.
- Зачем же мне помогать вам, если вы собираетесь остаться на стороне чернокнижника, захватчика? Если вы сами собираетесь превратиться в прислужников тьмы?
- Заклинаю тебя, великая Сейвина, - просила Ружана, и другие вытьянки также умоляюще взирали на нее. - Мы так устали быть тенями, неспособными ощущать ничего - ни радость прикосновений, ни радость пищи, тепла, ни боли, ни холода, ни голода. Вы и представления не имеете, какая эта мука, и как безнадежно наше существование. Ты поможешь нам, а мы поможем тебе - поможем сбежать отсюда.
Что-то внутри Сейвины болезненно сжалось. Ей хотелось согласиться, но это опять означало обман, очередной обман. Можно ли было обвести вокруг пальца этих и без того ущербных сущностей ради своего собственного спасения? Она встала и стала взволнованно ходить по комнате. Был ли у нее другой способ сбежать? Потом она остановилась и заговорила, понуро глядя в окно.
- Дорогая моя Ружана, и вы, вытьянки, у вас превратное представление о том, кто я, и на что я способна. И у вас совершенно искаженное понимание природы жизни: воскресить вас нельзя, это не под силу ни Чернеку, ни мне, ни кому-либо другому. - В эти минуты она решила, что найдет другой способ бежать, а вытьянок трогать не будет. - Ежели вы действительно хотите выйти из этого состояния, вам придется умереть. Только так вы сможете искупить свои грехи и искупить свое загробное пребывание здесь, вместо пребывания в царстве Даморы.
- Царство Даморы! Как будто оно существует! - Ружана теряла терпение.
- Напрасно ты так говоришь, - отвечала ей Сейвина, - ты живешь на свете всего сто-сто пятьдесят лет, и при том высказываешь сомнения в том порядке, что существует уже много тысяч лет.
- Не заговаривай меня, баллийка! - воскликнула Ружана и приблизилась к ней, - я все-таки очень сильна и могу тебя в одну секунду превратить в такую же тень, что и я сама. Выбирай: либо ты откроешь нам секрет восстановления жизни, либо пеняй на себя! - Она угрожающе нависла над той, кому так завидовала.
- Не пугай меня, Ружана, - отвечала раздосадовано Сейвина, - тебе не под силу причинить мне вред, ровно как и твоим подругам. Я не могу помочь вам, даже если бы хотела. Жизнь и смерть неотделимы, они идут рука об рука, переливаясь одно в другое, это союз, переплетенный тончайшими нитями; им нельзя пренебрегать, его нельзя пытаться остановить; обрывая одно, обрываешь другое. Для человека пытаться преодолеть смерть - не то же самое, что вернуть жизнь. Зависнуть где-то посреди жизни и смерти в чудовищном обличье, вот что это означает. Я не знаю, как могут найти погибель неуязвимые вытьянки, но я знаю наверняка, что вы не пропадете и не сгинете после смерти, в вас еще очень много от людей; вы придете к Даморе.
Ружана и ее подруги молчали, но по их лицам было видно, что это был совсем не тот ответ, что они ждали. Недоверие, сомнение и изумление застыли на их лицах.
- Значит ли это, что нам не нужно страшиться смерти? - спросила одна из них неуверенно.
- Страшиться стоит лишь ее отсутствия.
- Это твой окончательный ответ? - по голосу Ружаны было не совсем понятно, угрожает она или просто вопрошает.
- Да, Ружана.
- Пусть так. Сегодня мы уйдем. Но мы еще вернемся.
Ружана сделала знак рукой, и все белые тени поплыли вон из комнаты, чрез окно.
Вечером того же дня Зоран вернулся с очередного совета в свои покои; давно он не ощущал такого, как теперь. Завтра ранним утром они выступят в путь, он должен был вести часть войска на Строимир. Вторую часть войска поведет Лесьяр, а третью часть поведет сам Чернек. Ростих в то же самое время выступит на южные горные шахты Радимича.
