Стук в дверь прервал ее мысли. Дверь со скрипом отворилась, и до нее донеслись слова вурдалака-стражника:
- Чернек требует тебя сейчас же к себе.
Сейвина вздохнула. Она вышла из комнаты и пошла по широкому пустынному коридору к покоям Чернека. Стражник следовал за ней. Им оставалось пройти всего один пролет, как она почувствовала что-то неладное, то ли шорох, то ли шипение; она обернулась вокруг себя, но ничего не увидела. Она сделала шаг вперед и снова услышала будто стон. Резко оглянувшись, она уловила блик в стеклах окон. Вурдалак тоже стал озираться по сторонам. Сейвина остановилась и всмотрелась. Блик усиливался, и он уже был не один, он перенесся на несколько окон: это были вытьянки, пятеро вытьянок, они выдвинулись из стекол и полетели к ним. Сейвина не предчувствовала ничего хорошего из этой встречи, она бросилась со всех ног быстрее к Чернека. Но вытьянки искрами ринулись к ней и окружили ее, они тянули к ней свои тонкие руки и дико улыбались, Ружана вскричала:
- Попалась, баллийка! Посмотрим, какая получится из тебя вытьянка!
- Отойдите от нее, вытьянки! - закричал вурдалак, - Я сейчас же позову на помощь.
- Зови, зови! - прошипела одна из них.
- Ружана, нет, ты же знаешь, что тебе ждет за это! - Сейвина оглядывалась вокруг себя, вурдалак убежал за подкреплением, но больше никого не было в коридоре.
- Никто не придет к тебе на помощь, - засмеялась Ружана, - мы здесь, знаешь ли, не любим ни людей, ни баллинов!
- Ружана, Чернек расправится с тобой, если ты меня тронешь!
- Плевать мне на Чернека, плевать на всех!
Тут Ружана открыла рот и закричала пронзительным высочайшим писком, а вместе с ней завыли все вытьянки. Сейвина схватилась за уши, сгибаясь от боли, вой лишал ее сил и воли.
- Ты сильна, но мы тебя одолеем! - кричала Ружана.
Несколько невыносимых минут прошло, прежде чем сбежались испуганные вурдалаки, Зоран, а вместе с ними и Чернек.
- Ружана, прекрати, - закричал Зоран. Но они продолжали во весь голос кричать, направляя силу своего воя на уже упавшую на пол Сейвину.
- Ружана! - Чернек быстрыми шагами подошел к ней, взмахнул рукой и стал тянуть ее к себе, искажая черты ее тела, накреняя и сгибая их, пока она полностью не свернулась в один блик и не рассыпалась зеркальными крошками.
- Не-е-ет! - разнесся звериный вопль Зорана. Другие вытьянки стойко продолжали свое действо, Чернек в тот же миг, что разделался с Ружаной, взмахнул двумя руками и также уничтожил двух других вытьянок. Оставались только двое. Он взмахнул двумя руками, но одна из них остановила свой крик и пала ниц на пол, взмолившись:
- Нет, нет, простите, не убивайте, это не моя вина, это все Ружана!
Вторая вытьянка остановилась и зашипела:
- Молчи, Некраса! Молчи!
Зоран бросился к крошкам бликов на полу, но то была лишь пыль - все, что осталось от его возлюбленной. Он не слышал, что происходило вокруг, не слышал, как Некрасу и другую вытьянку отвели к Чернеку для допроса, не слышал, как к нему подошли его соратники вурдалаки.
- О, Зоран, - склонилась к нему Горена, обнимая его за плечи, - как жаль, она была такой красавицей! Что только на нее нашло!
- Как это все дико, жестоко! Из-за какой-то баллийки уничтожить свою верноподданную! - говорил Невзор.
- Дело не в баллийке, а в самоуправстве, - говорил мягко Лесьяр, - никто не смеет поступать не в интересах нашего, никто не смеет ослушиваться Чернека. Если у него был свой умысел насчет баллийки, значит, никто не имел право мешать ему.
- Какой мог быть у него умысел? - гремел Ростих, - она - наш враг, или мы теперь встанем на сторону баллинов, станем им прислуживать? Теперь наши сородичи будут гибнуть из-за нее?
- Я сейчас же пойду на допрос и помогу нашему правителю узнать истину. - сказал Лесьяр, - если вам и далее хочется вести бесконечную перепалку, то извиняйте! Зоран, ты убит горем сейчас, я все разведаю для тебя и потом...
- Я пойду туда! - перебил его Зоран, этот огромный вурдалак поднялся с пола и, расталкивая всех, направился к Чернеку. Лесьяр суетливо поспешил за ним.
В одной из комнат Чернека Сейвина лежала на софе, а Чернек склонился над ней, приводя ее в чувство с помощью каких-то едкого отвара. Она медленно открыла глаза, и голова ее затрещала от острой боли, расползающейся тонкими нитками по всему черепу. Лицо ее скривилось от боли.
- Что произошло? - спросила тихо она. - Я еще жива?
- Жива, к удивлению моему. По всей видимости, чары вытьянок на тебя не действуют. - Он так тяжело смотрел на нее, что ей стало не по себе.
- Почти не действуют, - поправила она его, - меня будто пытались разодрать на части.
- Зачем они делали это? Кто их надоумил? Что они сказали тебе?
- Они прилетали ко мне давеча днем, просили вернуть их к жизни, а я отказала им. Они ушли, но потом вновь напали на меня, уже ни о чем не прося. Как раз тогда, когда ты позвал меня.
- Куда позвал?
- К себе. - удивилась Сейвина, - стражник сказал мне, что ты позвал меня к себе.
- Я не звал тебя, - лицо его хмурилось все больше, - сдается мне, все это очень нечисто.
