Внезапно я замерла абсолютно неподвижно, обратившись в слух. Мне показалось, что справа донёсся звук шагов. Но сколько я не напрягала слух, так ничего и не услышала. Меня окружала мёртвая тишина. Должно быть, я ошиблась, решила я. Думаю малейшее касание сухого листика, несомого ветерком по камням, невесомое падение клочка бумаги, самый тонкий шёпот сквозняка, могли насторожить бы меня в такой момент. В проходе между ларьками мне была видна лампа, мерно покачивавшаяся на столбе, далеко справа от меня. Её тусклый свет не рассеивал тьму, но служил мне ориентиром. Немного успокоившись, я снова двинулась к платформе претора и пустым киоскам менял.
Мне вспомнилось, как несколько дней назад какие-то бродяги, появились на рынке, выскочив из коллектора прямо около платформы претора. Их тут же скрутили стражники. Решётку, разумеется, заменили на новую.
Я надеялась, что она оставалась надежно закреплённой на своём месте.
Наконец, облегчённо вздохнув, я миновала последний киоск менял, ближайший к платформе претора. Насколько я понимала, теперь мне оставалось только ждать, здесь или где-то поблизости.
Но чего или кого я должна была ждать?
Может быть, сюда должен был прийти сам Лорда Грендель, чтобы мимоходом убить меня?
Не вставая с четверенек, я приоткрыла калитку киоска и проскользну внутрь.
Закрыв и заперев калитку на щеколду, я легла на пол и свернулась калачиком.
Деревянные стенки киоска дарили ощущение некоторого спокойствия. Вряд ли они смогли бы хоть как-то защитить меня, но, по крайней мере, послужили бы своего рода сигнализацией, ведь чтобы добраться до меня, их сначала пришлось бы сломать.
По-прежнему было очень тихо. Я ничего не смогла услышать, сколько ни прислушивалась.
По мере того как шло время, у меня начали зарождаться подозрения, что произошла некая ошибка или недоразумение.
Издалека прилетел звон. Колокол отбил наступление первого ана.
Ничего не происходило. Позже я услышала двойной звон. Второй ан.
Я что, должна просидеть здесь всю ночь? Вдруг меня охватил испуг. Да, сейчас шла середина ночи, но что я буду делать утром? Ведь на рассвете по сигналу претора рынок откроется, сюда придут торговцы, продавцы, покупатели и стражники. Меня могут поймать и арестовать.
Вряд ли это станет для меня приятным времяпрепровождением.
Оставалось только надеяться, что пока люди собираются, мне удастся смешаться с толпой, и незамеченной добраться до магазина Эпикрата.
Снова издалека донёсся звон. Колокол пробил три раза.
«Может быть, — подумала я, — мне стоит вернуться домой?». Здесь, в ночной холодной тьме я чувствовала себя страшно одинокой. Мне уже было совершенно ясно, что, если бы что-то должно было произойти, то это уже произошло бы к настоящему времени. Такие мысли не могли не воодушевить. Теперь, я была уверена, на мой взгляд, вполне обосновано, что ничего не произойдёт.
«Возвращайся домой, Аллисон», — сказала я сама себе.
«Нет, — ответила я себе. — Пожалуй, я ещё немного побуду здесь».
В облаках снова появилась прореха, в которую тут же выглянула одна из лун. Немного приподнявшись, я выглянула через прилавок киоска. Площадь опять залил холодныё свет, но спустя несколько мгновений, облака снова сомкнулись, закрыв собой луну, и рынок в очередной раз превратился в сумятицу теней, странный ландшафт ночи, пугающую пустыню мрака, совершенно не похожую на то, что здесь будет при ярком свете дня, с его суматохой, шумом и гамом толпы. Единственным светлым пятном остался фонарь на столбе по ту сторону площади.
«Пожалуй, пора возвращаться домой», — подумала я, но не успела даже пошевелиться в сторону калитки, как услышала тяжёлый, скребущий звук, скрежет, раздавшийся не более чем в нескольких ярдах.
Кто-то тянул, раскачивал, встряхивал что-то тяжёлое, металлическое, напрягаясь, чтобы откуда-то вытащить. Судя по всему, у него получилось, и что-то вырванное из своего места стукнулось о мостовую. Мгновением спустя я услышала новый скрежет, и догадалась, что предмет был втиснут на место.
Я поняла, что мне следует оставаться здесь и ждать.
Впрочем, в тот момент я всё равно не смогла бы убежать, даже если бы захотела.
«Беги, — пыталась заставить себя я, — беги!» Но не могла даже пошевелиться. Снаружи не доносилось ни звука, но я чувствовала, что там всё ещё кто-то был. А затем я услышала шаги, приближающиеся ко мне, и замерла, стараясь не издавать ни звука. Кто-то двигался в мою сторону.
А затем что-то ударилось в стену киоска. «Он что, не видел препятствия? — подумала я. — Кто может быть таким неуклюжим?»
Я осторожно выглянула через прилавок и увидела пятно мрака на фоне ночной тьмы. Это была широкая, косматая, массивная голова.
«Лорд Грендель, — осенило меня. — Он пришёл, чтобы убить меня».
Послышался сопящий звук. Он с шумом втягивал ноздрями воздух, словно принюхиваясь, пробуя запах на вкус. Тёмный язык высунулся из-за клыков. Широкие уши появились из мохнатой головы, встав торчком, словно поднятые руки. Они повернулись в мою сторону, а потом чуть склонились вниз. Точно так же человек мог бы направлять глаза на заинтересовавший его объект.
