— Бегите, Господин! Вы всё равно не сможете его понять. Бегите, бегите, Господин!
Но он встал между мной и зверем и отбросил поводок, упавший на мои ноги.
— Бегите, Господин! — взмолилась я.
Но он непоколебимо стоял между мной и животным.
Он был безоружен!
Трудно было не распознать угрозы в том звуке, который теперь исходил из горла зверя. Он не знал, что происходило рядом с ним. Он терял терпение, становясь всё более сердитым. Он явно злился.
— Прочь! — бросил ему мужчина, раздражённо махнув рукой. — Убирайся отсюда, тварь! Быстро!
— Бегите, Господин! — простонала я. — Пожалуйста, бегите, Господин!
Но он остался там, где стоял, явно не собираясь бросать меня здесь.
Очевидно, что слепой монстр должен был знать, что я не двигалась, и что некто с иным запахом и другим голосом, агрессивно настроенный и упрямый, теперь стоял между нами.
Дорого бы я дала в тот момент за переводчик.
— Убирайся! — крикнул ему мужчина, и в тот же миг его противник с невероятной, ошеломляющей стремительностью бросил себя вперёд.
А мгновением спустя я увидела как тот, кого я целый день искала, тот, кого я так боялась потерять, о ком так беспокоилась, опасаясь, что это его расчленённое тело было найдено на улице Клайва отлетел в сторону от размашистого, широкого взмаха могучей лапы, не исключено, что случайно попавшей в цель. Такой удар запросто мог бы развалить дощатую стену или переломить деревянный брус. Кузнец отлетел на дюжину шагов, рухнув в кучу ящиков и коробок, сложенных у стены одного из киосков. Я видела, как он попытался подняться на ноги, покачнулся и завалился на бок среди обломков тары.
К счастью я не услышала хруста шеи или позвоночника. Думаю, что он просто потерял сознание или был близок к этому.
Но уже в следующий момент я испугалась, что монстр может пойти к телу и начать пожирать его, пока мужчина ещё жив. Однако тот снова повернулся лицом ко мне.
Я была вне себя от радости, даже несмотря на страх за его жизнь, что увидела кузнеца живым. Значит это не он, а кто-то другой, один из членов его касты, погиб на улице Клайва, или где-то поблизости от неё.
Но затем я напомнила себе, что он для меня был ничем, всего лишь ещё одним высокомерным гореанским мужланом с полным отсутствием уважения к женщинам, прирождённым рабовладельцем, который смотрит на женщин оценивающе, прикидывая, сколько она может стоить в ошейнике, и будет ли вообще чего-то стоить. На мне был поводок. Я потянула его. Это был его поводок! И я боялась, что он был заперт моей шее. Я дёрнула его несколько раз, но всё было бесполезно!
Я была рада, что он жив, хотя бы ради того, чтобы было кого презирать ещё больше, ненавидеть ещё глубже.
Как он посмел надеть на меня поводок? Впрочем, не будем забывать, что я была рабыней. Так что, меня и таких как я было совершенно подходяще брать на поводок, связывать, заковывать в наручники, сажать на цепь, затыкать рот, завязывать глаза, если того пожелают рабовладельцы.
Зверь стоял лицом ко мне.
У меня было понимание его силы. Я видела, что он сделал с киоском, с лёгкостью превратив его в руины. Я представляла себе силу Лорда Гренделя, другого представителя его вида. Я слышала об убийствах на улицах Ара. Я видела невероятный удар, который зверь нанёс вслепую, отбросив взрослого, крупного мужчину на целые ярды.
Боюсь, что в следующий момент я окончательно потеряла те крохи выдержки или самообладания, которые ещё во мне оставались, потому что я повернулась и в панике бросилась к границе рынка. У меня осталась единственное желание — бежать. Я понимала, что у меня не получится опередить зверя, но я могла видеть, а он нет, так что, у меня был шанс увернуться от него!
Сначала я слышала топот тяжёлых лап за моей спиной, а затем звук поравнялся со мной.
Вот тут до меня и дошла вся тщетность моего глупого бегства.
Пусть его лишили зрения, но его чуткий слух по-прежнему оставался при нём, как и обоняние. Он отлично чувствовал мой запах, и, что ещё важнее, запах Лорда Гренделя. И ведь действительно, по какой ещё причине, помимо голода и желания съесть меня, он мог преследовать меня? Просто кюр почуял исходящий от меня запах своего собрата, и последовал за мной, чтобы вступить в контакт с ним, или с другими представителями его вида.
Нетрудно представить себе с какой радостью он должен был встретить послание, доставленное мною, послание, которое я носила, сама о том даже не догадываясь, послание переданное через меня Лордом Гренделем.
Знал ли он, что я попытаюсь убежать? Если и знал, то, казалось, не возражал, возможно, потому что знал также и то, что убежать у меня шансов не было.
Я испугалась, что он может убить меня за эту глупую попытку побега, но зверь только невозмутимо присел около меня, словно чего-то ожидая. Исходя из своего опыта общения с Лордом Гренделем, я заключила, что зверь не был рассержен. И тогда я поняла, что смерть мне не грозит, по крайней мере, не в данный момент, поскольку я была связующим звеном между ним и кем-то из его народа, ключом к его воссоединению с представителями его вида.
