— Никакой ценности, Господин, — всхлипнула я, вставая на четвереньки, но не осмеливаясь поднять голову и повстречаться с ним взглядом.
— Одевайся, — велел Десмонд. — И поднимай свой мешок. Нам ещё остальных догонять.
Вскоре я уже была в тунике и стояла на тропе. Наши товарищи должны были уже прошагать не меньше пасанга. Десмонд поправил мешок на моей спине.
— Я, правда, люблю вас, Господин, — прошептала я ему. — Я думаю, что люблю вас с того самого мгновения, как увидела на Суловом Рынке в Аре, когда я стояла полураздетая, со связанными за спиной запястьями, а Вы, на тот момент незнакомец, приказали мне встать перед вами на колени.
— Я в курсе, — кивнул он.
— Я смотрела на вас и боялась, что Вы могли быть моим господином, и, боюсь, я желала, чтобы это было так.
— Я знаю, — снова кивнул мужчина.
— И возможно, — прошептала я, — когда Вы смотрели на меня, стоящую перед вами на коленях рабыню, то Вы задавались вопросом, как я могла бы выглядеть, голая и прикованная к вашему рабскому кольцу.
— В этом нет ничего удивительного, — проворчал он. — Такой вопрос задаёт себе практически любой мужчина, глядя на любую женщину, хоть рабыню, хоть свободную.
— Да, Господин, — согласилась я.
— Кстати, — усмехнулся Десмонд, — учитывая то, как Ты в тот момент выглядела, мне не потребовалось большого полёта воображения.
— А моё выступление вам понравилось? — не удержалась я от вопроса.
— Понравилось, — ответил он.
— Вы заставили меня хорошо выступить, — сказала я.
— Это входило в мои намерения, — признал Десмонд.
— Вы оскорбили меня, — добавила я.
— Но Ты наслаждалась этим, — заметил мужчина.
— Ох? — вздохнула я.
— А разве найдётся такая женщина, которой не нравится показывать себя, голой, как рабыня и шлюха, которой она является? — поинтересовался Десмонд.
— Я очень надеюсь на то, — призналась я, — что Леди Бина подарит меня вам, или согласится продать меня вам.
— Тебе не стоит интересоваться такими вещами, — предупредил меня он.
— Но такие мысли проходят в голову любой рабыне, — вздохнула я. — Хотим мы этого или нет.
— В данный момента у нас хватает других, более важных вопросов, — сказал мужчина.
— Пожалуйста, проявите ко мне интерес, — попросила я.
— Несмотря на то, что Ты всего лишь рабыня? — усмехнулся он.
— Даже, несмотря на это!
— У нас нет времени на ерунду, — буркнул Десмонд, — нам следует поспешить, чтобы догнать наших товарищей.
— Господин!
— Рабыня не имеет значения.
— Да, Господин, — всхлипнула я.
— Рабыни не заслуживают любви, — бросил он. — Они — не больше чем животные. Для них — плеть, узы, ошейник, служить, принадлежать, работать и доставлять удовольствие, в любое время, любым способом, часто и безоговорочно.
— Да, Господин.
— Для чего ещё, как по-твоему, на женщин надевают ошейники?
— Да, Господин.
— Уверен, Ты изучила это в работорговом доме, — добавил мужчина.
— Да, Господин, — подтвердила я.
— Как тебя звали, когда Ты была свободной? — спросил Десмонд.
— Аллисон Эштон-Бейкер, — ответила я.
— Хорошо, — хмыкнул он, — понимает ли прежняя Аллисон Эштон-Бейкер всё это?
— Да, — вздохнула я, — Господин.
— Следуй за мной, — приказал он.
— Да, Господин, — откликнулась я, и поспешила занять место рядом с ним, немного позади и слева.
Мы направились по тропе вслед за нашей группой, ушедшей далеко вперёд. Впрочем, у меня не было особых сомнений в том, что мы, свободный мужчина и одна рабыня, вскоре, возможно, в течение ана, сможем догнать своих товарищей. На Леди Бине были одежды сокрытия, пусть и менее приличные, чем те, которые считались надлежащими в Аре, а Мина, наша пленница, шла на поводке и со связанными сзади руками. Такие детали обычно снижают скорость каравана. Кроме того люди, по-видимому, не спешили, поскольку их путь пролегал в незнакомой местности, да ещё и неподалёку от Утеса Клейния, устремлённого в небо и угрожающе нависающего над нашими головами.
— Я красива, не правда ли? — спросила я Господина Десмонда.
— Да, — буркнул тот, — а ещё тщеславна и всё, что с этим связано.
— И теперь за меня могли бы предложить хорошую цену? — поинтересовалась я.
— Да забудь Ты, наконец, о Мине, — отмахнулся мужчина.
— Ну, Господин! — просительно протянула я.
— Я бы предположил, что да, — снизошёл он до ответа, даже не оглядываясь назад на меня.
— Больше чем за Мину? — не отставала я.
— Не будь наивной, — усмехнулся Десмонд.
— А господин мог бы предложить цену за меня? — полюбопытствовала я.
— Многие мужчины могли бы это сделать, — сказал он, — особенно те, кто не знает твоего настоящего характера.
— Моего настоящего характера? — переспросила я.
— Твою мелочность, и прочие весьма непривлекательные черты, — пояснил мужчина.
— Мой живот хочет вас, — призналась я.
— А рабские огни там горят? — поинтересовался Десмонд
— Нет ещё, — ответила я. — По крайней мере, я так не думаю.
— Зажечь их будет достаточно несложно, — сообщил мне он.
— Ну так зажгите их! — предложила я.
— Нет, — отрезал Десмонд.
— Но Вы же уже делали со мной такое, в Аре у Шести Мостов, — напомнила я, — своим поцелуем, своими прикосновениями.
