— Слово многих из находящихся в этой Пещере, — развёл руками Клеомен, — стоит меньше, чем ничего.
— Очевидно, — продолжил Десмонд, — что я готов рискнуть многим. Да даже просто вызов всех вас на эту тайную встречу чреват серьёзной опасностью.
— И Ты решил, что можешь подвергать этой опасности всех нас? — уточнил Клеомен.
— И всё же Ты пришёл, — заметил Десмонд. — И никто из остальных не спешит уходить. Тот факт, что вы все здесь собрались, указывает на то, что у вас самих есть подозрения относительно того, что могло бы здесь затеваться. А то что вы остались, доказывает то, что вы подозреваете, что всё, что я сказал — верно.
— Среди нас могут быть шпионы, — заметил один из собравшихся мужчин.
— Если так, — пожал плечами Десмонд, — они — идиоты, поскольку им теперь грозит общая опасность.
Я отметила, что один или двое из собравшихся в комнате держали в руках то, что выглядело как колода карт.
— Допустим, что то, что Ты рассказал, верно, — сказал Клеомен, — и что мы можем сделать?
— Паузаний, с его извозчиками и фургонами уже убыл, — ответил Десмонд. — Я полагаю, что это означает, что дела закрутились. Я не ожидаю, что они вернутся весной. Подозреваю, что они рассеются по сотне городов и начнут интриги, о которых я говорил.
— Тогда слишком поздно, что-либо предпринимать, — развёл руками один из присутствующих.
— Нет, — не согласился с ним Десмонд, — даже сотню городов можно предупредить.
— Я понял, — кивнул Клеомен.
— Это слишком нереально, — сказал кто-то.
— Нам просто не поверят, — поддержал его другой.
— Мы должны попробовать, — настаивал Десмонд из Харфакса.
— Скоро начнутся снегопады, — напомнил первый. — Перевалы станут непроходимыми.
— Пожалуй, сейчас самым разумным и безопасным решением будет притвориться, что мы ничего не подозреваем, — заметил второй, — и дождаться весны.
— Это даст заговору несколько месяцев форы, — объяснил Десмонд.
— Меня не прельщает перспектива стать объектом для охоты кюров, — проворчал третий, — в любое время, ни сейчас, но позже, в холоде и снегу, ни по весенней распутице, в летнюю жару.
— Сейчас у этих зверей есть на нас планы, по крайней мере, на какое-то время, — сказал четвёртый. — Так не лучше пожить это время, чем не жить вообще?
— Эти монстры огромны, — признал Десмонд, — но, оставаясь в рамках законов Царствующих Жрецов, они не непобедимы. Копье и меч, болт и стрела, говорят с ними на том же языке, что и с нами.
— Когда выслеживаешь ларла или слина, — хмыкнул кто-то, — зачастую не знаешь, кто станет охотником, а кто добычей.
— Кому придёт в голову, охотясь на волтайского тарска, загонять его в чащу, а дикого боска гнать в высокую траву? — спросил другой мужчина.
— Хорошо сказано! — похвалил Десмонд.
— Каков план наших действий? — поинтересовался один из присутствующих.
— Мы должны завербовать, кого сможем среди людей, — ответил Десмонд. — Тайно собрать продовольствие и бежать.
— Скоро зима и снегопады.
— Верно, — кивнул Десмонд.
— Но кюры и Пещера никуда не денутся, — заметил кто-то.
— И останется центр интриг и подрывной деятельности, — поддержал его другой.
— Вполне возможно, — не стал отрицать Десмонд. — Поэтому, прежде чем покинуть это место, мы должны нанести по нему сокрушительный удар такой силы, что он поставит крест, и на самом заговоре, и на их надеждах на кюрский Гор.
— Говори! — потребовал один из мужчин.
— Кто самый главный из кюров в Пещере? — спросил Десмонд.
— Луций, — без колебания ответили сразу несколько голосов.
— Скольким из вас доводилось слышать о кюре по имени Агамемнон? — осведомился Десмонд.
— Он был их вождём, но давно и далеко отсюда, — сказал кто-то.
— Само это место называется Пещера Агамемнона, — напомнил другой мужчина.
— Ещё его называют Теократ Мира, Одиннадцатое Лицо Неназванного, — добавил третий.
— Этот титул не имеет никакого смысла, — отмахнулся четвёртый.
— Только не для кюров, — сказал Десмонд.
— А я слышал истории о далёком мире, о войне и о том, что этот Агамемнон погиб во время тех событий, — сообщил кто-то.
— Возможно, — ответил ему Десмонд, — Агамемнон всё ещё жив. Возможно, что погибло только один из его тел. Возможно, он здесь и он жив.
— Это — безумие, — покачал головой мужчина.
— Кто-нибудь из вас обращал внимание на маленький металлический ящик, иногда выставляемый на различных мероприятиях, и который с таким благоговением выносят два кюра золотой цепи, Тимарх и Лисимах?
— Я видел его, — подтвердил один из собравшихся.
— И я тоже, — вторил ему его товарищ.
— Раз уж его так охраняют, он должно содержать что-то ценное, — предположил другой мужчина.
— Например, алмазы, — поддержал его третий.
— Если нам всё равно придётся отсюда бежать, — сказал Трачин, — так может стоит найти его и прихватить с собой?
— Мы все могли бы разбогатеть, — добавил кто-то.
Шепоток интереса пробежал по рядам мужчин.
— А какое отношение эта сокровищница имеет к Агамемнону? — наконец кому-то пришло в голову поинтересоваться.
— Я думаю, что это и есть Агамемнон, — ответил на это Десмонд из Харфакса, — или Агамемнон содержится внутри.
— Думаю, что Ты сошёл с ума, — заключил Клеомен.
