- Товарищ, мы приехали из провинции по неотложному [51] делу и боимся упустить заведующего военным отделом ЦК. Если можно, пропустите нас первыми.
- Товарищи, нет оснований опасаться, что вы его упустите. Товарищ Дамянов задерживается здесь и после полуночи. Все торопятся. Сюда никто не приходит по пустякам.
- Так оно и есть, ребята, - вмешался кто-то из стоявших в очереди. - Вот я директор и если до завтра не получу сырья, то наш завод вынужден будет прекратить работу.
Валентин вежливо улыбнулся ему и вернулся к нам. Мы возмутились: значит, милиционер явно недооценил нашу миссию и в порядке очереди дисциплинированно направлял куда следует директоров, угрожавших прекратить работу заводов, торговцев, которые пришли жаловаться на то, что в магазинах нет товаров, секретарей парторганизаций из сел, выражавших протест по поводу того, что они не получили своевременно какую-то брошюру. Но вскоре милиционер позвал нас:
- Где вы там, военные? К товарищу Георгию Дамянову хотели пройти, что ли? Сейчас я позвоню.
Пока милиционер набирал номер, пока с кем-то разговаривал, мы стояли, напрягшись как струна. Нам показалось, что нас не хотят принять. Милиционер держал трубку у уха и коротко и ясно произносил: «Да, да, да».
- Товарищ Дамянов рассердился на то, что я продержал вас тут полчаса, - извинился милиционер. - Но вы сами видите, товарищи, что здесь делается!
В кабинете заведующего военным отделом ЦК мы сразу же почувствовали себя легко. Валентин представился ему по-военному. Это понравилось заведующему, который явно был офицером, хотя носил гражданскую одежду. Он встал из-за стола и дружески протянул нам руку. Его манера здороваться, теплая и сердечная, придала нам еще больше смелости. Валентин начал докладывать о цели посещения. Мы заметили, что Георгий Дамянов слушает его с удивлением, словно он ничего подобного не знал. Опустив голову, он вышагивал от своего письменного стола к окну и обратно, как будто пытаясь скрыть свое волнение или уже обдумывая какое-то решение. Мы слышали его шаги, медленные, глухие, и верили, что этот человек на нашей стороне. [52]
- Вы приняли решение не отступать? - подняв голову, спросил Дамянов. Он крепко сжал губы, и в его глазах сверкнул злой огонек.
- Так точно, товарищ Дамянов!
- И отправились в Софию потому, что верили: Центральный Комитет думает так же, как вы?
- Он по-другому и не может думать, - улыбнулся Валентин.
- Молодец! - ответил на его улыбку заведующий. - Вот это мне в вас нравится! Значит, Центральный Комитет и не может думать иначе?
Георгий Дамянов подошел к креслам, где мы сидели, тоже сел в кресло и жестом предложил придвинуться к нему. Такое дружеское отношение заставило нас забыть о том, где мы находимся и с кем разговариваем.
- Поторопились ваши командиры, очень поторопились! - сурово и гневно, как бы самому себе, сказал Георгий Дамянов, сжав руки в кулаки. - Еще не перевелись, значит, политические авантюристы!
Его голос снова стал ласковым и добродушным, когда он повернулся к нам:
- Вас партия направила в эту школу, чтобы вы стали летчиками, товарищи, и только партия может вас отозвать. Мне приятно, что вы правильно это поняли… - Заведующий поднял руки и обнял за плечи сидевших ближе других к нему Валентина и Стефана. - А положение, дорогие товарищи, отнюдь не такое, каким пытаются представить его наши враги. Генеральный вопрос о политической власти в Болгарии мы решили в нашу пользу еще Девятого сентября. Но наша революция, как и всякая другая, имеет свои особенности, и мы должны с ними считаться, хотя это не обойдется без тревог и бессонницы. Таким представляется мне и ваш случай. Битву за власть на земле мы выиграли, но битва за власть в болгарском небе продолжается. Может показаться, что легко решить все проблемы, но мы не авантюристы. Ну, скажем, выгнали бы враждебно настроенных летчиков, и делу конец! Но какое государство может себе позволить остаться без военно-воздушных сил? Вот почему мы будем терпеть старых офицеров и будем воевать с ними, пока не подготовим своих летчиков. Когда вы овладеете этим сложным искусством, тогда мы вздохнем с облегчением и сможем сказать: ну вот, выиграли [53] и битву за власть в небе. Таково положение: предстоит еще повоевать, и прежде всего вам. Это и есть мой ответ. Возвращайтесь, учитесь и как можно скорее начинайте летать.
Заведующий похлопал Валентина по плечу, встал со своего места, а за ним поднялись и мы, взволнованные, как дети, и опьяневшие от радости.
- Подождите, я вас угощу чем-нибудь, - засуетился Георгий Дамянов. - Совсем забыл об этом. Вы кофе пьете? Другого у меня ничего нет. Мы пока очень бедны. Во всех сферах жизни еще тяжело. Нелегкое нам досталось наследство.
Из Центрального Комитета мы вышли окрыленными, сгорая от нетерпения как можно скорее вернуться к своим в училище.
