Я тоже. Но вслух я этого не сказала, просто смотрела, как он одевается, и, только когда мы с котенком остались одни, тоже направилась в ванную. Перед завтраком я хотела успеть поговорить с Амалией, поэтому не стала приглашать Лизею. Оставленное вчера вечером по моей просьбе легкое платье надела сама, волосы пригладила щеткой, слегка подхватила по местной моде шпильками, украшенными камешками, и вышла из комнаты.
Мы с Льером обсудили, что отправим ее домой в ближайшее время, поэтому мне нужно было заранее объяснить, о чем я хочу попросить Винсента, а о чем лучше ему не говорить, чтобы мой брат случайно половину мира не разрушил, пытаясь прорваться в Аурихэйм.
Остановившись у двери, хотела постучать, но услышала смех.
Амалия смеется?!
От неожиданности просто толкнула створку и вошла, чтобы увидеть хохочущую девушку. А рядом с ней – Ирэю.
– Ваше аэльвэйрство, – улыбка рыжей сочилась ядом, – мы не ожидали вас так рано.
Разумеется, не ожидали.
– Оставь нас, – приказала я.
Именно приказала, и улыбка Ирэи погасла, сменившись холодным бешенством. Такая перемена меня совершенно не беспокоила: по крайней мере, сейчас она была искренней – и когда прошла мимо, окатив меня ледяным шлейфом своей силы, и когда хлопнула дверью.
– Амалия, что это значит?
– Что? – Девушка посмотрела на меня удивленно. – Вы сейчас о чем, ваше аэльвэйрство?
Глубоко вздохнув, накинула полог безмолвия и шагнула к ней.
– О чем вы говорили?!
Амалия пожала плечами.
– Ни о чем. – Она поднялась, оказавшись лицом к лицу со мной. – Просто шутили.
– Она ничего не делает просто так. – Мне стоило немалых усилий сдержаться и не повысить голос, но тон стал просто ледяным. – Что именно она тебе сказала?!
Амалия вздрогнула и обхватила себя руками.
– Ничего! – выдохнула девушка, в ее глазах блеснули слезы. – Не вы ли говорили мне общаться с элленари, забыть обо всем, что было?! Ну так вот я это и делаю – общаюсь! Чем вы сейчас недовольны?!
Дрожь в ее голосе меня остудила или, точнее сказать, отрезвила.
Я вдруг отчетливо увидела эту ситуацию глазами Амалии: я прошу ее относиться к элленари лучше, а сама набрасываюсь с обвинениями, прямо с порога, ничего толком не объяснив.
– Ирэя опасна, – сказала я уже мягче. – Я приблизила ее к себе, чтобы держать на виду, потому что она неоднократно пыталась меня подставить. Из всех элленари, с которыми мне доводилось общаться, она одна из самых жестоких. Так же как и ее кузен…
Я осеклась, поняв, что только что сказала.
– Ее кузен! – воскликнула Амалия. – Как хорошо, что вы о нем вспомнили, ваше аэльвэйрство. Ее кузен – тот, кто заставил меня корчиться от боли, тот, с кем вы вчера явились невесть откуда под ручку, с припухшими губами и шальным взглядом! Поправьте меня, если я ошибаюсь.
– Амалия, все не так просто…
– Не так?! По-моему, все проще простого! – выдохнула она, из ее глаз все-таки брызнули слезы. – Вы делаете все, что вам угодно, наслаждаетесь жизнью рядом с жестоким мерзавцем, а мне отказываете даже в такой малости, как простая улыбка, – исключительно потому, что Ирэя якобы хотела вас подставить!
Она сжала кулаки, словно пытаясь унять дрожь, и я покачала головой.
– Тебе нужно успокоиться.
– Успокоиться, – усмехнулась Амалия, хотя ее всю трясло. – Только это мне и нужно, определенно. Всякий раз вы говорите мне именно это, а потом беседуете со своей Лизеей и уединяетесь со своим кошмарным мужем. До меня вам нет никакого дела! И никогда не было!
Я потянулась к ней магией, чтобы немного утешить, но Амалия, почувствовав это, резко отшатнулась.
– Не смейте! Думаете, я не знаю, что вы делаете?! Да, не всегда чувствую, но мне не нужна ваша магия, и вы тоже! Меня от вас тошнит! Я не хочу превратиться в такую же безвольную куклу и мило улыбаться, когда хочется кричать!
– Все сказала? – спросила я, хотя меня теперь тоже трясло.
Амалия не ответила, сунув сжатые кулаки под мышки, она так сверкнула глазами, словно вобрала в них все угасшие молнии Аурихэйма.
– Хорошо. В таком случае жду тебя к завтраку в саду. Если еще раз застану тебя с Ирэей наедине, сделаю соответствующие выводы.
Я сбросила полог и вышла раньше, чем Амалия успела ответить. Дверью не хлопнула, правда, хотя очень хотелось, и в точности так же хотелось высказать ей все. Что Золтер взял меня силой, что я убила его и до сих пор содрогаюсь, вспоминая об этом, что он снится мне в кошмарах и по сей день. Что эта тьма, которая меня коснулась, чуть было не изменила меня до неузнаваемости, и только благодаря одному-единственному мужчине я до сих пор жива. Что я перешагнула через это все, оставила это в прошлом только благодаря Льеру, который согласился отправить ее домой.
Увы, всего этого я сказать не могла, но, оказавшись у себя в комнате, от души запустила ленточку магии жизни. Котенок воспринял это как игру и вспорхнул следом, а когда на ее месте возникла бабочка, пришел в неописуемый восторг.
Что касается меня, я коснулась артефакта, приглашая Лизею. Если она и удивилась тому, что я уже полностью одета и причесана, то виду не подала. Она вообще выглядела невероятно счастливой, просто сияла.
