Котенок нехотя подчинился, а я направилась к темноволосой. Сегодня она хотя бы была одета, но даже мысль о том, что ей нужен не мой муж, а Золтер, вызывала желание повторить с ней тот же трюк, что и с магистром красоты. Благо подвешивать здесь было куда – вокруг деревья с гибкими ветвями, высоченные и сильные. Пришлось напомнить себе, что магия жизни создана не для этого и что воспитывать желающих испортить мне день можно своими силами. То есть без магии.
– Доброе утро, ваше аэльвэйрство, – поздоровалась Найтриш, даже не скрывая сочащейся в голосе ненависти.
Надо отдать ей должное: она была красива, и в общем-то можно было понять, почему Золтер ею увлекся. Жизни в элленари было не больше, чем в окружающем сад ледяном камне.
– Доброе утро, аэльвэйн, – отозвалась я и замолчала.
Служанки, порхающие вокруг стола, навострили уши, крылья у них затрепетали, меняя цвета. Судя по всему, они ожидали незабываемого представления, и я даже могла их понять, но упрощать задачу Найтриш не собиралась. Если она пришла поговорить, пусть говорит.
– Мы могли бы остаться наедине? – поинтересовалась она, когда поняла, что первого хода от меня не дождется.
Наше общение напоминало игру в шахматы. С одной стороны, я могла ей отказать, с другой – это могли расценить как страх. Когда речь заходит об элленари, все было очень и очень неоднозначно, поэтому сейчас я кивнула.
Найтриш довольно улыбнулась и указала на дорожку, уводящую влево. Эта аллея напомнила мне о парке в Мортенхэйме: подстриженные кусты черных и синих роз, источающих сладковатый аромат, и тонкая изгородь стройных деревьев, чьи кроны напоминали рвущееся ввысь пламя свечи.
– Раньше здесь было гораздо больше фонтанов и статуй, – заметила Найтриш, проследив за моим взглядом.
Я поняла, что неосознанно смотрю на искрящиеся на солнце брызги воды и думаю о том, что услышала от Ирэи. Мать Золтера была наделена магией жизни, и он убил весь ее род. Не это ли родство изначально привело его к Альхиине? И что связывало повелительницу Аурихэйма и его, тогда еще просто амбициозного принца?
– Но они все были разрушены. Эта единственная, которая уцелела.
– Вы пригласили меня сюда, чтобы поговорить об особенностях местной архитектуры?
– Разумеется, нет, – улыбнулась Найтриш. – Чтобы отдать вам это.
Она раскрыла ладонь, и я обомлела: в руке элленари лежал перстень Винсента. Я вдруг осознала, что в последний раз видела его, когда мы с Льером поссорились и я упрекнула его в том, что он отдал меня Золтеру. В тот вечер я засыпала, сжимая перстень в ладони. Откуда он у этой…
– Откуда это у вас, аэльвэйн? – ледяным тоном поинтересовалась я.
– Должно быть, вы вчера обронили. Когда бежали из кабинета… своего мужа.
Иссиня-черное платье переливалось, как речная гладь ночью, а улыбка на губах была хищной.
– Мы обе прекрасно знаем, что вчера на мне его не было, – холодно отозвалась я и протянула руку. – Отдайте.
Найтриш вложила перстень мне в ладонь.
– О том, как он попал к вам, вы сейчас мне расскажете, – жестко сказала я. – Без всяких «должно быть» и обтекаемых формулировок, аэльвэйн.
Элленари улыбнулась.
– Или мне, или моему мужу. – Я не отпустила ее взгляд, но и она не прятала глаз.
Напротив, смотрела насмешливо и с превосходством.
Поскольку Найтриш продолжала молчать, я развернулась, чтобы вернуться к беседке, а в следующий миг передо мной раскрылся портал. Удар в спину был такой силы, что я влетела в него, подхваченная потоками силовой магии, как щепка ураганным ветром. Меня швырнуло на пол, портал сомкнулся, перстень Винсента выпал из рук и отлетел в сторону.
Я не сразу поняла, в чем увязли ладони, а когда поняла, вскрикнула: это был тлен. Налет тлена на полу, труха из засохших веточек и листьев, утратившие цвет безжизненные лепестки. Нескольких секунд мне хватило, чтобы понять, где я нахожусь – моя самая первая комната в Аурихэйме, место, где погиб Золтер, – и вскочить на ноги.
– Вот мы и встретились снова, Лавиния.
Призраки не могут говорить. Они определенно не могут говорить, а в том, что передо мной призрак, не было ни малейших сомнений. Полупрозрачные очертания, даже обычно яркое пламя волос повелителя Аурихэйма было тусклым.
Это был Золтер.
Или его тень – то, что я видела. Как вчера видела Эртею, и он определенно был…
– Я не ушел за Грань только благодаря тебе…
Я поняла, что голос звучит в моем сознании.
– …Мы с тобой связаны, моя мьерхаартан. Связаны до самой смерти.
Последнее прозвучало как насмешка или как издевательство, настолько жуткое и полное ярости, что мне стало нечем дышать.
Узор на руке взорвался обжигающей болью, я метнулась к двери, на ходу раскрывая магию. Почти успела почувствовать ее тепло, почти… когда в грудь ударило ледяным холодом. Призрачная ладонь сомкнулась на моей шее, и силы хлынули из меня в Золтера. Последнее, что я успела увидеть, – как с новой силой вспыхнуло пламя его волос.
Кошмарный сон!
Это была моя первая мысль.
А вторая – надо рассказать о нем Льеру, наверное, он должен знать, как избавиться от постоянного явления Золтера в мои сны. Как же быстро я привыкла к тому, что мы спим вместе…
