Элленари вздохнули и вылетели из комнаты, закрывшаяся дверь поглотила стрекотание их крыльев. Я же окинула разложенные на постели наряды и закусила губу. Не то, все не то…
А если?..
– Лизея, – позвала я, коснувшись крохотной спирали, похожей на металлическую ракушку.
Этот артефакт мне оставила девушка, чтобы я могла позвать ее в любой момент. Изначально у меня не было желания посвящать ее в свои планы, и, судя по тому, в какое время Ирэя прислала служанку, она тоже готовила кузену сюрприз. Видимо, была уверена, что я не пойду за помощью к Золтеру (и причиной тому, скорее всего, стали антимагические браслеты, которым рыжая даже не удивилась). Впрочем, о мотивах и планах Ирэи задумываться мне было особо некогда: я размышляла над тем, что мне делать самой, и в частности над словами Винсента.
Иной магии во мне и правда никогда не было – Тереза и Винсент почувствовали бы ее сразу, единственное, с чем можно было связать столь необычные проявления моей силы, – это влияние Аурихэйма. Куда еще меня могут завести эти странности, я пока не задумывалась. Главное, пережить сегодняшнюю ночь и показать всем элленари (особенно одному из них), что с магией или без, но играю я исключительно по своим правилам и что со мной лучше не связываться.
– Аэльвэйн… – вошедшая Лизея увидела платья и осеклась. – Что это?
– Наряды на сегодняшний вечер.
– Но разве вы… его аэльвэрство мне ничего не говорил…
– Его аэльвэрство ни о чем не знает. И я буду тебе искренне благодарна, если ни о чем не узнает и дальше. Это сюрприз.
Лизея улыбнулась.
– Вы не представляете, как я рада, аэльвэйн.
– Почему? – невольно улыбнулась в ответ я.
Лизея поистине вызывала к себе расположение, мне нравилось с ней общаться: в ней не было снобизма, которым за несколько футов несло от всех элленари, не было превосходства, с которым я постоянно сталкивалась на каждом шагу. Она оставалась рядом со мной не потому, что так приказал Золтер, который Льер, и вовсе не потому, что для нее это было обязанностью. Ей тоже нравилось проводить со мной время, и вчерашний короткий ужин с ней оказался куда приятнее, чем несколько часов, которые я провела с Амалией.
Амалия больше не плакала, но разговор у нас совершенно не удался. Попытки поговорить о доме вызывали в ней какие-то совершенно упаднические мысли, и я вынуждена была сменить тему. Попробовала поговорить о местной кухне и о том, как мне не хватает книг, но в итоге мы снова скатились к тому, от чего ушли. Амалия постоянно намекала, что я должна вернуть ее обратно, потому что именно из-за меня мы здесь оказались, в конце концов я не выдержала и достаточно резко ее осадила. После этого наше общение быстро закончилось.
– Потому, что у вас сияют глаза. Мне кажется, я в первый раз вижу, чтобы у вас сияли глаза. Вы… вся сияете.
Правда?
Я даже в зеркало посмотрела, чтобы убедиться, и, кажется, Лизея была права. Впервые за все проведенное в Аурихэйме время я чувствовала себя на удивление уверенной и полной сил, даже несмотря на «оковы».
– Спасибо. Мне очень приятно, что ты об этом сказала. И я бы хотела с тобой посоветоваться, что мне надеть.
Элленари мгновенно взглянула на оставленные наряды.
– Мне кажется, вам пойдет…
– Нет. Из этого мне ничего не нравится. Ты не расскажешь, как одеваются при Дворе Жизни?
Лизея посмотрела на меня как-то странно: надеюсь, я не сказала глупость. В наших легендах Двор Жизни существовал наряду с Двором Смерти и Двором Стихий. Правда, про хэандаме ровным счетом ничего не упоминалось.
– Лизея, я спросила что-то не то?
– Нет, аэльвэйн, просто… у нас не принято упоминать… – Она осеклась, но потом все-таки продолжила: – Двор Жизни, они все мертвы.
После слов Лизеи в комнате стало очень тихо. Так тихо, что тоненький писк из-за двери ванной комнаты и скрежетание когтей показались слишком громкими. Я вспомнила, что закрыла Льера, потому что постоянное шипение и вытаращенные глаза крылатых элленари совершенно не способствовали благоприятной обстановке для выбора платья. Когда котенок зарычал на попытавшуюся приблизиться ко мне и звучно клацнул зубами, из-за чего ее крылья посинели, пришлось отвести его в ванную и попросить посидеть там.
– Элленари не могут умереть, – напомнила я Лизее, или скорее себе, выпуская бъйрэнгала.
Тот с радостью метнулся к девушке, затормозил на повороте когтями и оставил на полу глубокие борозды.
– Не могут, но… это был особый случай. – Она опустила глаза и протянула котенку руку, позволяя пройтись по ладони шершавым языком.
– Чем же особый?
– Спросите лучше у его аэльвэрства.
– Я спрашиваю у тебя.
– Они… – Лизея пожевала губами, словно сомневаясь, но потом все-таки произнесла: – Двор Жизни в те годы был правящим Двором.
Я приподняла брови.
– Да, ее ниальство Альхиина была повелительницей Аурихэйма. Двор Жизни процветал, и здесь все было совсем по-другому.
Представляю. Когда здесь правила жизнь, наверняка все было иначе.
