Слеза скатилась по лицу. Я посмотрела на него снизу, беспомощная, придавленная. Он показался мне чудовищем, которое по размеру больше океана, неба и бури. Его окружала тьма, и я ничего не могла ей противопоставить. Он опустился на одно колено и дернул меня за руку. Когда он достал зубочистку, которую до этого положил обратно в рот, я вздрогнула.
– П… Пожалуйста…
– Знаешь, почему его так назвали, милая? – спросил он ни с того ни с сего. – Твой дорогой папочка рассказал тебе?
Он просунул кончик зубочистки под ноготь моего безымянного пальца и продолжил:
– У каждого кода есть имя.
Я слушала его, чувствуя, как во мне нарастает тревога.
– И знаешь, что отделяет меня от этой силы?
Я покачала головой, отказываясь слышать известный мне ответ, но он все равно сказал:
– Ты.
– Нет…
Он надавил на зубочистку со всей своей яростью. Я закричала. Деревянная игла впилась в мою живую плоть, разрывая ее. Я зарыдала, лихорадочно извиваясь, но он крутанул зубочистку под моим ногтем, и я чуть не потеряла сознание от боли.
– Я не знаю! – кричала я, судорожно царапая пол и обдирая кожу на пальцах.
Он ткнул зубочистку глубже, и из моего горла вырвалось отчаяние.
– Я отдала его им! – закричала я в агонии. – Агентам! Это правда… Я им его отдала!
Он остановился.
С моих губ сорвался влажный всхлип. Я ощущала себя лишь массой дрожащих мышц, измученных нечеловеческим напряжением. Мое дыхание стало прерывистым, все тело покрылось холодным потом и поэтому казалось грязным. Он наклонился и пристально посмотрел на меня, в его глазах сгустилась ярость.
– Ты врешь, – прошептал он.
Я смотрела на него расширенными от ужаса глазами.
– Ты им его не отдавала. Иначе мы знали бы. Эти шелудивые псы удивительно легко допускают утечку информации, когда им приходится защищать какого-нибудь рядового гражданина… Они слили бы новость о том, что «Тартар» наконец-то оказался в их руках. – Он посмотрел на меня с холодной злобой. – И ты больше не являешься целью.
Он резко выдернул зубочистку. Боль горячей иглой пронзила руку, и по ладони потекла кровь. Он схватил меня за футболку.
– Ты думаешь, что можешь надо мной смеяться? – Он прижал мою голову к полу и впился ногтями в щеку. – Думаешь, что можешь мне врать?
Я чуяла едкий запах пыли и дрожала при мысли о том, что он со мной сделает.
Но он не хотел меня мучить. Нет! Он хотел открыть меня, как раковину, полную тайн, и разорвать меня на части.
– Я выбью из тебя нужный ответ.
Он резко отпустил меня и встал. Я снова задышала, издавая короткие хрипы, скорчившись на полу. И почувствовала облегчение, когда услышала его удаляющиеся тяжелые шаги. Он шел к своим шестеркам.
Хотя нет! Он шел к старшеклассникам.
– Он живет с тобой,
Этот монстр схватил Мейсона. Мое сердце остановилось, когда он оттащил его от остальных и силой заставил опуститься на колени рядом со мной.
– Ты ведь хорошо его знаешь, да?
Он схватил Мейсона за волосы и рывком поднял его голову. Злые глаза Мейсона сверкнули, и ужас поглотил все.
– Нет!
Чудовище вытащило пистолет.
– Нет!
Я вскочила на ноги и бросилась вперед, но один из бандитов перехватил меня. Я отчаянно билась и брыкалась.
Вожак ударил Мейсона прикладом пистолета, и я закричала.
– Нет!
Я пиналась изо всех сил, волосы упали мне на лицо. Мейсон получил еще один удар.
– Я не знаю! – кричала я в отчаянии. – У меня его нет! У меня никогда его не было! Он мне его не оставил!
Мне хотелось дотянуться до Мейсона, обнять его и защитить. Я хотела спасти его, дать убить себя вместо него и положить конец этим мучениям. Но я была вынуждена смотреть, как они разбивают на куски нас обоих, истерзанных и беспомощных. С каждым ударом я сгибалась вместе с ним. С каждым ударом я все сильнее чувствовала его боль, и это было невыносимо.
– Я не знаю! – надрывно кричала я.
Мейсон старался на меня не смотреть. Наверное, он не хотел, чтобы я смотрела на него. Меня душили слезы.
– Прошу вас! Пожалуйста! Это правда! Это правда!
Внезапно все остановилось. Монстр с зубочисткой как будто переводил дух. И я тоже остановилась, мое сердце замерло, воздух вокруг дрожал от боли. Он повернулся ко мне, но я смотрела только на Мейсона.
Он был в полубессознательном состоянии, тяжело дышал, наклонился в сторону, вот-вот готовый упасть. И в этот момент я поняла, что в этой ситуации было кое-что более несправедливое, чем мои мучения из-за программного кода папы, – страдания Мейсона из-за того, к чему он не имел ни малейшего отношения.
Монстр посмотрел на меня с ненавистью.
– Пожалуй,
Он зарядил пистолет, и земля ушла у меня из-под ног, сердце стало ватным, когда он запрокинул голову Мейсона.
– Нет…
– Не сомневайся, – прорычал он, – я снесу ему голову.