Внутри затопленное здание тоже было полно мостов и мостков. Первый этаж был не виден, но лестница поднималась из воды и вела на балконы второго этажа — туда и направлялась толпа. Мы пошли за всеми по ступенькам и оказались в полутемном плотно набитом людьми амфитеатре, где в воздухе буквально висело предвкушение.
— Вот поэтому она и называется Ямой, — сказала я, изумленно оглядываясь вокруг.
Помещение, в котором мы находились, было громадным, огромный купол величественно возносился ввысь. По периметру тянулся балкон с заплесневелыми сиденьями — они могли складываться. Слева часть балкона провалилась, оставив зияющую дыру с зазубренными краями, но мест все равно хватало для всех мародеров города. Узкие проходы вели к краю карниза — и уходили в темную воду.
Чуть ниже балкона задняя стена была скрыта гигантским красным занавесом — его нижняя кромка касалась плавучей деревянной платформы. Большую часть платформы занимала клетка, футов двадцать в высоту, с колючей проволокой поверху, чтобы никто не мог выбраться. Задняя часть платформы была скрыта за занавесью, и я гадала, что там прячут.
Тут Зик тронул меня за плечо, показывая на что-то внутри клетки.
Там, придвинутая к стенке, стояла стальная конура с крохотными щелками окон. То и дело она вздрагивала, как будто что-то внутри шевелилось, но сквозь окошки ничего было не рассмотреть. Деревянный пол покрывали пятна засохшей крови.
— Кровавая забава, — пробормотал Зик, когда мы нерешительно застыли у задней стены. — Должно быть, так Шакал понимает развлечения. Они тут делают ставки на то, кто останется живым. — Он окинул взглядом возбужденную толпу и поежился. — Я что-то не особо хочу смотреть на то, как две собаки будут рвать друг друга в клочья. Нам надо искать наших.
Я не успела ответить — включились прожекторы, и их свет упал на платформу. Я изумленно моргнула. Всего несколько мгновений назад она была пуста. Однако теперь там, улыбаясь толпе, стоял некто. Высокий, стройный, но при этом мускулистый — я видела очертания его груди под рубашкой и потертым кожаным плащом. Густые черные волосы были забраны в хвост на затылке, подчеркивая молодое красивое лицо и гладкую бледную кожу. Незнакомец окидывал толпу светло-золотистыми глазами.
Он раскинул руки, словно желая обнять всех, и толпа обезумела: люди взревели, затопали ногами по полу, даже принялись стрелять в воздух. И до меня внезапно дошло. Мы нашли его. Это и был Шакал, вампирский король мародеров.
— Здравствуйте, слуги мои верные! — прокричал Шакал, и в ответ ему донеслись вой и вопли. — Я сегодня в восхитительном настроении. А вы? — Его голос — ясный, уверенный, завораживающий — легко перекрывал шум. Даже самые отпетые бандиты ловили каждое слово. — Неважно! Мне на самом деле плевать, какое у вас настроение, но спасибо, что пришли на это скромное представление. Как вы, наверное, слышали, у нас волнующие новости! Мы уже три с половиной года кое-что ищем, верно? Кое-что важное! Кое-что, способное изменить не только наш мир, но и вообще целый мир. Вы ведь знаете, о чем я говорю, так?
Я этого не знала, однако, слушая короля мародеров, почувствовала что-то знакомое. Словно бы я уже видела его… когда-то, хоть я и не понимала, откуда взялось это чувство. Я была уверена, что никогда раньше его не видела.
— В общем, — продолжал Шакал, — хочу сообщить всем, что несколько ночей назад наши поиски подошли к концу. Мы нашли то, что искали все это время.
Зик рядом со мной напрягся. Позади Шакала двое мародеров отодвинули занавес и вытащили кого-то на сцену. С пугающей грацией Шакал развернулся, схватил его зо воротник и выволок вперед, на свет.
Джебедайя. Его запястья были связаны, лицо покрыто темными синяками, однако он прямо и гордо стоял рядом с королем мародеров, глядя на толпу с ледяным презрением. Я предупредительно положила руку Зику на плечо — на случай, если он забудет, где находится. Нас лишь двое против нескольких сотен мародеров — не самое подходящее время для спасательной операции, это будет чистое самоубийство.
Толпа разразилась злобными воплями — Джеб ответил на них холодным взглядом, — но Шакал улыбнулся, приобнял его за плечи и похлопал по груди.
— Хватит, хватит, — пожурил он мародеров. — Давайте-ка все будем вежливы. А то он еще подумает, будто мы ему не рады. — На губах у Шакала заиграл совершенно звериный оскал. — В конце концов, именно у этого человека в руках ключ к вашему бессмертию. Именно этому человеку мы будем обязаны славой и величием. Это тот самый человек, который излечит для нас бешенство!
Толпу охватило неистовство, но я все равно услышала, как резко втянул в себя воздух Зик. Потрясенная, я повернулась к нему — Зик был бледен, словно уже все знал. И внезапно в голове у меня прояснилось.
— Так вот почему они вас преследовали, — наклонившись, прошипела я ему сквозь завывания толпы. — Он думает, что у Джеба есть лекарство от вируса, потому он и гнался за вами так долго. Любой бы на его месте погнался. — Зик отвернулся, но я дернула его за руку: — У Джеба есть лекарство? Вы
