— Для Иезекииля… — прошептал Джеб, и рука его вяло упала. — Скажи ему… чтобы позаботился о людях.
— Джеб…
— Что ж, это было занятно, — сказал Шакал, потирая руки. — Но кажется, мое терпение на сегодня исчерпано. Так что сейчас, дорогая сестренка, мне нужен от тебя ответ. Ты присоединишься ко мне? Поможешь мне найти лекарство и заново заселить мир? Только подумай, чтó вампирские правители выложат нам за эту информацию. Мы могли бы повелевать ими всеми, если бы захотели. Что скажешь?
Я смотрела на бессильно привалившегося к столу Джеба. Я чувствовала запах его крови, слышала, как бьется в груди его сердце, ощущала взгляд его холодных глаз. Осуждающий, ненавидящий. Даже сейчас я была для него демоном. И мне никогда не стать для него кем-то иным. Я вновь повернулась к Шакалу.
— Нет, — сказала я, и его брови взлетели вверх. Подняв меч, я встала между ним и человеком. — Я забираю Джеба отсюда, нравится тебе это или нет. Так что уйди с дороги.
Шакал печально покачал головой.
— Жалко, — пробормотал он. — Знаешь, мы ведь могли бы устроить нечто невероятное. Брат и сестра, связанные общей судьбой, объединяют силы, чтобы изменить свой мир. Что тут скажешь — в душе я романтик, хоть эта история и невозможна. — Он театрально вздохнул и улыбнулся мне. — Теперь мне придется тебя убить.
— Тогда кончай болтать, — дерзко сказала я, принимая боевую стойку, — и приступай к делу. Солнце скоро взойдет.
Шакал оскалил зубы, его золотистые глаза блеснули.
— О, не сомневайся во мне, сестренка. Мне понадобится совсем немного времени.
Из-под полы плаща он достал длинный деревянный кол с заостренным смертоносным концом. Внутри меня шевельнулся дикий, первобытный страх, и я отпрянула.
— Я думал, ты оценишь, — с нехорошей улыбкой сказал Шакал и шагнул вперед. — Этому ведь меня научил Кэнин — справляться со своими страхами, использовать их себе во благо. — Он усмехнулся, крутанул кол в руке. — Что такое, сестренка? Разве тебя он этому не учил? Или твое образование прервал кто-то из нашего рода, кому понадобилась его голова? Так сколько же старина Кэнин с тобой занимался? Кажется, меньше, чем со мной. Я пробыл со своим господином долго.
— Он учил тебя смертельному занудству? Потому что я этот урок, похоже, пропустила.
Шакал взревел от смеха.
— Ох, нравится мне эта девчонка, — задумчиво проговорил он, покачивая головой. — Очень жалко будет тебя убивать. Ты точно не хочешь передумать? Эти люди иногда такие скучные.
— Нет, — гневно глядя на него, я мотнула головой. — Я не позволю тебе причинить вред еще кому-либо.
— Очень хорошо, — пожал плечами король-вампир, поигрывая колом. — Я дал тебе шанс. Ну, ты готова, сестренка? Поехали!
Он бросился вперед, одним прыжком преодолев комнату, — двигался он так быстро, что я не могла проследить за ним взглядом. Я отчаянно замахала мечом, но Шакал увернулся и обошел мою защиту. Его пальцы сомкнулись на моем горле, и он поднял меня в воздух. Прежде чем я успела что-либо предпринять, он швырнул меня на стол. Вновь во все стороны, точно хрустальный дождь, полетело стекло, и мой затылок ударился о мраморную столешницу. Пораженная, я застыла. Долю мгновения спустя Шакал с размаху вонзил деревянный кол мне в живот.
С воплем я выгнулась дугой. Меч выпал из руки на пол. Такой боли мне еще не доводилось испытывать — огненные волны прокатились по телу и сошлись там, где дерево вошло в плоть. Я чувствовала кол внутри себя — внутренности словно сжали, стиснули и перекрутили. Я попыталась его выдернуть, но Шакал схватил мое запястье и прижал к столешнице.
— Больно, да? — прошептал он, склоняясь надо мной, сверкая желтыми глазами. — Просто невероятно, какие страдания может причинить кусок дерева, воткнутый в живот. Раскаленной кочергой в мозг сквозь глаз и то лучше. — Мое тело содрогнулось, и я стиснула зубы, сдерживая очередной вопль. Улыбаясь, Шакал продолжал держать меня: — О, и если ты задаешься вопросом, почему стало трудно двигаться, позволь тебя просветить. Твое тело впадает в шок — оно отключается, пытается восстановиться. Еще несколько минут, и ты будешь молить меня отрезать тебе голову и положить этому конец.
Я пыталась освободиться, но руки и ноги обмякли. Шакал держал одну мою руку, и, хотя вторая была свободна, нестерпимая боль не давала мне его оттолкнуть. Меня буквально пригвоздили к столу, насадили на кол, точно животное на копье. Шакал усмехнулся и садистски вкрутил кол глубже — в этот раз я не сумела сдержать крика.
— Готов поспорить, ты сейчас жалеешь, что не приняла мое предложение, а, сестренка? — Я едва его слышала. — Какая жалость. Я столько всего навоображал о том, что мы могли бы сделать вместе. Но тебе позарез надо было принять сторону кровяных мешков, да? Совсем как Кэнину. И смотри, где он теперь — его поймал и мучает этот урод ненормальный, Саррен. Тебе следует гордиться тем, что ты пошла по пути нашего господина.
Свободной рукой я пыталась нащупать хоть что-нибудь, чтобы освободиться. Я заставила себя заговорить с Шакалом, чтобы отвлечь его.
— К-как… ты…?
