— Создатель? Отец? — Шакал небрежно взмахнул рукой. — Тот, кто меня обратил. Он нашел меня в пустыне, умирающего от жары — бандиты убили всю мою семью, — и сделал меня тем, кто я есть. Я навеки благодарен этому самодовольному придурку, но у нас с ним были прения по многим вопросам. Спустя несколько месяцев после того, как он обратил меня, наши пути, так сказать… разошлись. Он называл себя…
— Кэнином, — прошептала я.
Шакал прищурился.
— Откуда ты… — он запнулся и посмотрел на меня так, словно только увидел. Потом запрокинул голову и расхохотался. — О, конечно! Вот и связь! Я
Я стояла, уставившись на Шакала, пытаясь осознать происходящее. Кэнин был нашим общим господином. Он обратил и Шакала, и меня, и, выходит, мы… родственники? Он мой брат? Я не знала, как это устроено в вампирском обществе. Этому Кэнин меня забыл научить.
— Какой сюрприз, да, сестра? — усмехнулся Шакал, явно довольный. Я вздрогнула от непривычного слова. Оно означало, что между нами есть связь. Что мы — семья. — Нет, ну это же просто великолепно, правда? Теперь ты не будешь нападать на меня, верно? На своего дорогого старшего брата.
— Ты мне не брат, — рыкнула я, приняв решение. Шакал поднял брови в притворном изумлении. — Я не хочу иметь с тобой ничего общего, особенно после того, что ты сделал. — Я вспомнила перепуганного Дэррена за мгновение до того, как на него набросился бешеный. Я вспомнила Дороти, устремившую пустой взгляд в небеса. — Ты убил моих друзей, и этого я тебе не прощу.
— Друзей? — фыркнул король мародеров, скрестив руки на груди. — Люди — это не друзья, сестренка. Люди — это домашние животные. Еда. Слуги. Но не друзья, — он добродушно улыбнулся мне. — Конечно, от них, полагаю, есть какая-то польза. Иногда они забавны. Но даже они понимают, что вампиры — высшая раса. Именно поэтому в глубине души все они хотят быть как мы. Возьми хотя бы моих слуг, — он указал за окно, — я предоставляю им свободу, позволяю ходить куда они хотят и убивать кого хотят, но разве они покидают меня? — Он покачал головой. — Нет. Они всегда возвращаются, потому что надеются, что когда-нибудь, когда бешенство будет побеждено, я вознагражу их за службу и сделаю их себе подобными.
— Так поэтому тебе и нужно лекарство, демон, — проговорил Джебедайя, поворачиваясь лицом к королю-вампиру. Его тело напряглось, как туго натянутая струна. — Ты хочешь превратить своих людей в вампиров, умножить свой род. Создать армию демонов и возглавить ее.
— Я и впрямь предлагал своим людям бессмертие, — пожал плечами Шакал, все еще смотря на меня. — И что? Я с радостью преподнесу им такой дар. Наша раса понесла не меньшие потери, чем их, возможно, даже большие. — Не обращая внимания на Джеба, он воздел руки вверх и шагнул ко мне: — Ну же, сестра, почему тебя так заботит судьба одного человека? Люди — еда, кровяные мешки. Мы созданы повелевать ими, поэтому мы и превосходим их во всем. Перестань сопротивляться своим инстинктам. Если Кэнин и вправду тебя обратил, значит, ты способна стать Мастером, как и я. А я не против поделиться с тобой всем, что имею. Других вампиров в своем королевстве я не терплю, но для тебя сделаю исключение. — Он заговорил тихим, успокаивающим голосом: — Подумай о том, что мы могли бы создать вдвоем. Мы могли бы построить свой маленький рай, с армией, слугами и скотиной. Мы могли бы одаривать самых верных слуг бессмертием и правили бы этим миром до скончания времен. Это был бы наш собственный вампирский Эдем.
— Никогда! — выкрикнул Джеб и схватил с пола скальпель. — Никогда! — с обезумевшим лицом повторил он. — Богомерзость! Я умру, но не допущу этого! — И, высоко воздев скальпель, он бросился на короля мародеров.
Шакал повернулся к нему, легким движением ухватил Джеба за запястье и вывернул скальпель из его руки.
— Ну-ну, — рыкнул он, обнажая клыки и поднимая Джеба в воздух. — Умирать тебе еще рано. Ты мне нужен, чтобы создать лекарство. Впрочем, ради этого я без зазрения совести немного тебя помучаю.
Он швырнул Джеба спиной вперед — тот врезался в уставленный стеклянной посудой стол, упал, на него обрушился дождь осколков, в воздухе, точно гейзер, поднялся запах крови.
Мой Голод взвыл. Я кинулась к Джебу, который едва мог держать спину прямо, сама не зная зачем — чтобы помочь или чтобы напасть. Кровь текла по его лицу и рукам, заливала глаза, он осел в море осколков у стола, уронив голову на грудь.
— Джеб. — Я склонилась над ним, отчаянно пытаясь не слушать биение пульса на его горле, не смотреть на багровое пятно, растекающееся по его рубашке. Он запустил пальцы куда-то внутрь своей порванной куртки. Шакал стоял, не двигаясь с места, скрестив руки на груди, наблюдая за нами с ухмылкой.
— Вампирша, — прошептал Джеб сквозь стиснутые зубы и коснулся своей рукой моей. Что-то маленькое — полоска темного пластика — упало мне в ладонь. Я растерянно уставилась на продолговатый предмет размером примерно с мой средний палец.
