— Там Алка? — Я оглянулась на Роберта.
— Судя по трекеру — да, она где-то в подвале, — подтвердил тот.
Я дернулась к стене, но Капустин меня удержал.
— Первым полезу я, — сказал он. — Там на выходе фанерка стоит, закрывает лаз, как дверка. Ее надо очень аккуратно сдвинуть в сторону, чтобы не упала и не грохнула. Не будем шуметь.
— Не будем, — согласилась я и посторонилась, пропуская бывалого человека к лазу с его дверкой-фанеркой.
Мы с Робертом, встав у стены, церемонно, как служители кулис, раздвинули в стороны занавес из глицинии, и Капустин с привычной ловкостью заполз в открывшуюся нору. Я наблюдала, как он быстро втягивается в нее, слегка поворачиваясь с боку на бок, но вдруг услышала приглушенный вскрик, и ноги нашего лазутчика (подходящее же слово?) двинулись в обратном направлении.
Капустин вывинтился из дырки еще быстрее, чем втянулся в нее, откатился в сторону и схватился за голову.
— В чем дело? — спросила я.
А из дыры уже что-то высунулось, и стало понятно: кто-то движется встречным курсом.
— Что это? — Я испуганно смотрела на небольшое тупое рыло на крепкой прямой шее, которая все продолжала удлиняться.
Воображение мигом нарисовало гибрид крота и жирафа. А через пару мгновений добавило к предкам неведомого чудища упитанного мопса, потому что сопело и пыхтело оно точь-в-точь как раскормленная собачка этой породы.
Еще секунду спустя даже мое воображение спасовало, потому что длиннющая шея жирафовидного кротомопса вырастала, как оказалось, из блестящего панциря цвета металлик. То есть в роду того чудища еще и какой-то броненосец отметился!
Я остро пожалела, что с нами нет мамули, видного специалиста по исчадиям ада, прямиком из которого, похоже, и пер к нам бронемопс, потомок кротожирафа.
Не сговариваясь, мы с Робертом сдвинулись по стене в противоположные стороны, отпустили плети глицинии и затаились под прикрытием ее душистых и пушистых гроздьев.
Непрочная преграда напористого бронежирафа не остановила. Цветочный занавес вспучился, и сквозь него пролезло подобие очень крупной металлической гусеницы. Оказавшись на открытом пространстве, она задергалась — и неожиданно превратилась в прекрасную бабочку!
— Слава богу! — с чувством вскричала я, узнав в кротогусенице-бронемопсожирафе свою лучшую подругу.
А застигнутая врасплох Алка завизжала, резко развернулась и замахнулась молотком:
— Не подходите, а то как врежу!
— Она может, — подтвердил Капустин, потирая лоб.
— Кто-то визжал? — насторожились участники маленькой плотной группы, приближающейся к заброшке сбоку. — Опять!
— Наверное, это банши, — сказал Артем, не подавая виду, что тоже встревожен. — Говорю же, с этим заброшенным зданием дело нечисто. Кто слишком напуган, чтобы продолжать экскурсию, может уйти, но учтите, что оплата не возвращается.
На подготовку этой экскурсии он потратил и время, и силы, и деньги. Вчера купил баллончик со светящейся краской, а сегодня в самую жару, когда у всех нормальных людей сиеста, проник в заброшку и разрисовал там стены в меру своего таланта и фантазии. И еще подвесил на пустующий крюк в потолке большой лоскут тюля: на сквозняке в потемках будет точь-в-точь колышащийся призрак. А для озвучки пристроил в решетку вентиляционного отверстия пластиковую бутылочку без крышки и с дырочками в корпусе — отличная дудочка получилась!
— Вроде визжали на разные голоса, — сказала девушка с синими, как у Мальвины, волосами и девятью сережками — по четыре в ушах и одна в носу.
Артем незаметно, но тщательно пересчитал ее украшения. И подумал, смущаясь, что для ровного счета где-то на теле Мальвины должна иметься еще одна серьга.
Девушка с синими волосами ему и нравилась, и нет. С одной стороны, ее тайная сережка будила фантазии, с другой — Мальвина держалась как спец по мистике с фантастикой и уже успела указать экскурсоводу на разницу между призраками и привидениями. Мол, первые легко перемещаются в пространстве и активно общаются с живыми людьми, а вторые ограничены в способности контактировать. Артем не погружался в тему так глубоко и опасался критики со стороны знатока, но упустить возможность вписать в свою концепцию чьи-то визги не мог.
— Значит, тут целых два банши, — авторитетно сказал он.
— Тогда уж две, — насмешливо глянула на него Мальвина. — Банши женского пола. И, кстати, крик банши предвещает скорую смерть кого-то из тех, кто его услышал.
— Может, ну ее, эту вашу экскурсию? — заробела подружка Мальвины, белокурая толстушка, все дорогу увлеченно лузгавшая семечки.
— Без паники, — успокоил ее Артем. — Этот визг услышали обитатели целого квартала, а тут сплошные отели, и все они переполнены, так что плотность населения зашкаливает, наши шансы погибнуть совсем невелики.
— Я тоже так считаю. — Мальвина снизошла до солидарности, и Артем приободрился, даже пошутил:
— Тогда вперед! Банши зовет!
— Может, ну ее, эту вашу сумку? — Роберт попытался удержать Алку от шага, представляющегося ему опрометчивым, но только разозлил ее.
