За два года мы виделись не более десяти раз. Дважды ходили в кино на какую-то любовно – сиропную блевоту, ужинали в кафе, но чаще гуляли, взявшись за руки, по городу. Она была активистом молодежно-политического движения. Остро беспокоящие её вопросы лежали далеко за границами моих интересов. Ксюша не понимала, как можно быть безразличным к проблеме бездомных животных, отсутствия детских площадок, пандусов и велодорожек. Меня же заботили дела насущные, отсутствие парковок, например.
– В чём смысл этих твоих велодорожек? С каких пор велосипедистам понадобились специальные дорожки. Да гнать их в шею нужно. Кидаются под колеса, олени.
– Как можно быть таким недалеким? Вокруг велодорожек вырастет велосипедная инфраструктура. Это же станции проката, сервиса, лавочки, ларечки с мороженым…
– Какие лавочки? Какое мороженое? Что ты несешь, Оксана? Знаешь, как они строят парковки? Ставят автоматы для оплаты на существовавших всегда стоянках. Всё, справились. Молодцы. Строительство твоих дорожек пойдет также, и за мои же деньги, власти отхапают добрую половину проезжей части, или тротуара, в лучшем случае.
Так мы спорили почти каждый раз, когда виделись. Она обижалась, мы прохладно прощались, не виделись месяцами, потом я звонил ей, мы снова встречались, и всё повторялось. Был ли у неё кто-нибудь ещё? Не важно. Никогда её не ревновал.
Она любила целоваться. При каждой встрече жадно впивалась, то и дело, стукаясь зубами о мои зубы, и, что особенно меня бесило, никогда не позволяла касаться своей маленькой груди под толстым свитером и плоской попы. Я не настаивал, не видя в ней ни своей девушки, ни будущей жены, ни матери своих детей.
Забыл бы про нее, но ребята собрались ехать с девчонками на море. У меня же никого не было, разве что Ксюша. Её придурковатый отец заявил, что отпустит дочь только в сопровождении старшей сестры. Нянька в планы не входила, но отступать было некуда. Так я познакомился с Яной.
Глава третья
Вы слышали когда-нибудь про любовь с первого взгляда? Это была она. В машине Ксюша сидела рядом, а Яна на заднем сидении. Не мог оторваться от её отражения в зеркале заднего вида. Она будто сошла с разворота эротического журнала. Кожа гладкая и загорелая, длинные каштановые волосы, узкие прямые плечи, правильные черты лица и пропорции тела. Густые брови, холодный и циничный взгляд карих глаз, четко очерченные губы. Она эссенция порока.
Ей было чуть за тридцать, а может меньше. За плечами неудачный брак и две дочки, о чем я узнал позже, когда это уже не имело значения. А тогда я видел только шикарную женщину. Знаете, чем отличается женщина от юной девушки? Это как лучи солнца, на водной ряби. В полдень они своим мерцанием режут глаз, но позже свет становится ровным, глубоким и мягким. Видевший такое меня поймет. Как же она умела себя подать! Мимика, жесты, осанка. Да, она знала, что выглядит на миллион.
Мы приехали в Геленджик. Ребята уже расселились в гостинице и забронировали для нас просторный номер из двух комнат. Компания собралась немаленькая. Там был мой друг Макс со своей девушкой Кариной и его друзья по спортзалу, с которыми я тоже общался, но не близко. Заметил парней, когда парковал машину. Они спорили о чем-то на широком балконе, а когда вышла Яна, трескотня мгновенно стихла и десяток глаз с обезьяним восторгом пялился на неё.
Перенес вещи, оставил девочек в номере отдохнуть с дороги и пошел к ребятам курить кальян. Каждому крепко пожал руку, а Макса поцеловал в щёку. Мы всегда так здоровались. Мой отец так приветствовал близких друзей. Во времена, когда был популярен сериал «Спрут» это смотрелось эффектно, по-сицилийски, но папа объяснил, что такое приветствие скорее дань традициям кавказских народов, и нет тут ничего мафиозного. Это он мог объяснить мне, но не соседям, которые породили миф о его криминальных связях. Приезжавшие к отцу бородатые морды на дорогих машинах подпитывали их воображение сверх меры, к тому же, соседям было приятно думать, что они бедны не от своей глупости и лени, а потому, что честные и никогда ни у кого копейки не украли.
Я взял запечатанный в полиэтилен мундштук для кальяна и дожидался своей очереди. Ребята молчали, переглядывались. Тишина наполнилась гнетущим напряжением, перераставшим в недовольство.
– Володька, черт тебя подери, что за галлюцинацию я только что видел? – шутливо напирал Макс, ища поддержки товарищей, – ты говорил, что возьмешь с собой Ксюшу в это короткое приключение, но, либо у меня двоится в глазах, либо ты, подлец эдакий, что-то скрываешь…
– Господа, ей Богу, ведете себя как мальчишки, – с наигранным возмущением подогревал я интерес к теме, и, конечно же, в шутку обратился так к этому сброду, – позвольте, заочно, представить вам Яну, сестричку Ксюши, и, кстати, напоминаю, что все вы люди без пяти минут женатые, так что подберите свои слюни, пока никто не поскользнулся и не пострадал.
