— Бруно, и вы тоже здесь? — сказал он нарочито громко, чтобы хозяин услышал. — Опять будете сбивать мне цены, как тогда в Пизе!
Колонна сразу вступил в игру:
— Нет, что вы такое говорите! Каждый за себя, без обид. Я узнал, что генуэзцы — люди порядочные. Думаю, мы не станем в торгах перебегать друг другу дорогу.
Услышав, что о них говорят, его люди ответили солидным поклоном.
— Прошу за мой столик, господа, — пригласил Пико, сделав хозяину знак обслужить всех вместе.
— Я узнал, где его держат, — шепнул он остальным, когда тот ушел. — Между монастырской капеллой и старинными кельями башни есть проход.
Пико кивнул в сторону трактирщика, снимавшего каплунов с вертела.
Они торопливо ели, наперебой расхваливая кушанье хозяину, который явно ждал комплиментов.
— Останетесь на ночлег? — спросил он, когда трапеза была окончена. — У меня наверху как раз есть две свободные комнаты, просторные и чистые. Впятером вам там будет удобно.
Пико обменялся со спутниками быстрым взглядом.
— Конечно, после целого дня дороги моим косточкам нужен отдых, да и приятели мои, наверное, тоже устали. Мы еще немного тут погреемся и выпьем по стаканчику, а потом вы нас проводите наверх.
— Поступайте, как вам удобно. Ваши комнаты — две первые на верхнем этаже. А я жду не дождусь, когда можно будет наконец-то улечься. — Трактирщик оглядел опустевший зал. — Но если что понадобится, не стесняйтесь, будите меня.
Пико вальяжно развалился на скамье. Остальные последовали его примеру и завели ничего не значащий разговор о торговле, пересыпая замечания по поводу цен анекдотами из жизни рынков. Вскоре хозяин наполнил углями грелку[61] и отправился наверх, головешки в камине подернулись пеплом.
— Восемь стражников, плюс монахи.
— Многовато будет… — пробормотал один из солдат. У него была длинная рыжеватая борода.
— Почему, Федерико? Нас ведь трое. С каких это пор ты стал пугаться восьми шпаг? — отозвался белокурый. — Если сер Колонна и его друг возьмут монахов на себя, со стражниками мы справимся.
— Я не боюсь ни монахов, ни алебардщиков. Меня пугают стены. У вас в Италии полно монастырей, которые защищены лучше всякой крепости. Стены гладкие, как стол, и совершенно неприступные. Ваши монахи защищают себя лучше какого-нибудь барона, засевшего в замке. Небось, охраняют добро, которое нарыли себе, копаясь повсюду, как ненасытные куры. У нас в Германии говорят, что давно пора устроить им разнос и всех водворить к мессеру Папе, в грандиозное жилище, которое он себе отгрохал, — процедил сквозь зубы Федерико.
— Ладно, подождем, пока твои бароны откажутся отдавать монахам часть собранных податей. Я тоже раздобыл кое-какую информацию, — прошептал Колонна и огляделся.
Теперь они остались одни в зале таверны, тускло освещенном единственной свечой в углу. Тишину нарушал только храп постояльцев на верхнем этаже.
— Я вспомнил каменотеса, который работал в нашем палаццо в Палестрине. Он тогда сказал, что принимал участие в укреплении основания башни Нона. Так вот, я его нашел, и он мне кое-что порассказал. Смотрите, что нас ожидает. — Франческо окунул палец в бокал и быстро начертил на столе несколько линий. — Это монастырская церковь, за ней кельи. Сбоку крошечный участок земли, где монахи выращивают травы. Он граничит со стеной башни. Здесь должна быть дверь. — Он поставил пальцем точку. — Тут проход, по которому стражники добираются до церкви, не выходя наружу. Скорее всего, он охраняется не так тщательно, как наружная дверь. Надо попытаться проникнуть отсюда.
— Лучше бы удостовериться… — заметил немец.
— У нас нет времени, надо действовать быстро, — решительно произнес Франческо Колонна.
Пико быстро на него взглянул и снова почувствовал в его энтузиазме какую-то недоговоренность. И потом, слишком уж детальной была схема здания… Такие подробности случайно получить невозможно. Значит, операция готовилась давно, и Колонна притворялся, что это импровизация.
Пико не покидало ощущение, что он стал пешкой на чужом игровом поле.
— Сегодня вечером нам удалось втереть очки трактирщику. Завтра он пойдет и внесет нас в списки постояльцев, и нам придется иметь дело с папскими гвардейцами, — продолжал Франческо. — Нет, надо действовать сегодня ночью.
Пико снова внимательно взглянул на схему. Вино почти впиталось в поверхность стола, но след виднелся отчетливо.
— А вы уверены, что монастырь имеет именно такую форму?
Колонна кивнул.
— Хорошо. Тогда — была не была! — сказал юноша, поднимаясь с места.
Монастырская дверь оказалась крепче, чем они предполагали, и не желала открываться. Стараясь как можно меньше шуметь, они долго пихали ее плечами, потом подваживали крепкой шпагой немца, и только тогда заржавевшие петли поддались.
Джованни и его спутники оказались в тесной комнатке. Из нее куда-то в глубину здания вел длинный коридор, в который открывались двери келий. Пико крадучись подошел к первой из них и осторожно ее толкнул. В келье не оказалось ничего, не считая скромной, никем не занятой постели. Следующие комнатушки тоже пустовали.
