– Серёженька… Я хотела тебе сказать… Спасибо, что не бросил меня, что слушаешь это нытьё, что…
– Милая моя, любимая, ты что? Не надо, перестань. Я никуда не уйду. Что бы ни случилось. Даже если у нас больше никогда не будет детей. Пойми, что я люблю тебя, не смотря ни на что! Но если тебе так понравилось быть беременной, я… могу постараться… снова наполнить тебя… смыслом… – он шутливо полез к ней под одеяло.
– Дурачок! Что ты делаешь? – она оттолкнула его и стыдливо оглянулась на дверь. – Мне же нельзя… сейчас.
– Я же с ума сойду! Рядом с тобой. С такой…
– Мы что-нибудь придумаем, – она ласково провела рукой по его бедру и вдруг схватила его "хозяйство" в кулак. – Только не смей мне изменять, понял? Убью скотину, – она отпустила его и продолжила ласково поглаживать. – Нет, не переживай, не сразу. Сначала замучаю, кастрирую тупым ржавым серпом, пожарю твои сладкие шарики на сливочном масле, заставлю сожрать, а только потом убью, нежно перерезав глотку, – и глядя как Сергей на неё испуганно смотрит, истерично рассмеялась.
Сергей не мог понять, – шутит она или всерьёз. То, что у неё был посттравматический синдром, сомнений не возникало, но если повредилась психика и уже не восстановится? То как быть?
– Иди сюда, дурачок мой! – Жанна привлекла Сергея к себе, обнажив ему свою грудь. – Напугала маленького! – она гладила его по голове. – Не бойся. Мама шутит, малыш. Мама тебя не обидит, – и вдруг с силой прижала к себе, заплакав. – Господи, какой же ты у меня дурачок! Любимый… ненаглядный…родной…
За окном давно стемнело. Как и в палате. Они не зажигали свет, боясь встретить в глазах другого то, что понести уже не сможет.
В подъезде дома, где жила Света, на подоконнике в расстёгнутом пуховике сидела взъерошенная Влада. Рядом лежала сумка с учебниками. Напротив неё стоял Никита и приставал с нежностями.
– Никит, ну не надо, – Влада нехотя уворачивалась от Никитиных ласк.
– Ну, Влад! Ну, чё ты как не знаю кто? – он мял её грудь через джемпер, словно исследуя на прочность.
– Ты же любишь Дашу? – она убрала его руки.
– Да не люблю я её! – он взял её руки и отвёл себе за спину. – С чего ты решила?
– Ты же… спишь с ней!
– Да ну было-то всего пару раз! Она же сама меня затащила к себе…
– Ну перестань…
– Я не могу, – Никита хотел поцеловать её, но она опять увернулась. – Я люблю тебя!
– Врёшь! – она посмотрела в его глаза. – Я не верю тебе!
– Не вру! Сама можешь убедиться! – он взял её руку и прижал к своим брюкам. – Чувствуешь, как я сильно тебя люблю?
– Никита! Ну…
– Люблю! – он наклонился к ней и поцеловал в рот, сильно стукнувшись зубами.
– Ну что ты делаешь? Мама может выйти в любой момент.
– Я люблю тебя, – прошептал ей в ухо разгорячённый Никита, залезая ей руками под джемпер.
– Пожалуйста! Перестань. Нас же увидеть могут, – отчаянно сопротивлялась Влада.
– Никто не увидит, – он прижался к ней. – Никто…
– Остановись, пожалуйста. Мне…
– Никита! Что за хрень? Ты чего делаешь? – к ним вверх по лестнице летела взбешённая Даша.
– Что? Я… Ничего… – повернувшись к ней, он спешно оправлялся.
– Шлюха! – Даша бросилась на Владу, схватив её за волосы. – Я убью тебя, сучка!
– Даша! – Никита разжал пальцы, державшие Владины волосы, и завернул ей руки за спину. – Успокойся…
– Отпусти меня… – Даша разъярённо рвалась на свободу. – Я ей глаза вырву…
– Успокойся, тебе говорю, – Никита её крепко держал, не выпуская. – Не кричи. Хватит. Перестань.
– Что ты с ней делал? Только что? – яростно шипела она. – Ты её трахал, да?
