Он торопливо поднялся и собрал в узелок остатки своего обеда, собираясь уйти в город, в свой крохотный убогий домишко у воды, где было так уютно, пока не умерла его старушка-жена. Волна взмыла в воздух, и в грохоте налетевшего грома старый рыбак увидел оскаленную волчью пасть, словно сотканную из темноты, и горящие алым голодные глаза. Жалкий крик разнесся над причалом - впрочем, он не потревожил никого, кроме чаек. В такую-то грозу кто будет шляться по берегу?
Старый Сэм неподвижно лежал ничком на склизких досках, пока ливень полосовал его парусиновую куртку, старые холщовые штаны и грубые башмаки, заляпанные грязью. Гроза налетела внезапно - и так же быстро кончилась, будто ушла в никуда. Старик, будто проснувшись, неуверенно поднялся, распрямился, отряхнул капли воды с лица.
- Вот это повезло, - пробормотал он хриплым, низким голосом. - Так будет гораздо удобнее.
Шатаясь, как пьяный, он направился к городу, оставляя за собой цепочку мокрых следов, которые почему-то не спешили высыхать. Над головой старика, заполошно крича, пронеслась до смерти перепуганная чайка, и он проводил ее алыми глазами.
***
Джек пришел в себя не сразу. Ему казалось, что где-то на грани слуха бьется незнакомый шорох, звяканье, чьи-то шаги, даже голос… Но глаза открывать не хотелось - должно быть, одной ночи в чертогах Луноликого оказалось недостаточно, чтобы полностью восстановить силы.
“Хочу домой, - подумал Джек. - На Северный полюс, где меня ждет такая славная ледяная комнатка. Я мог бы помочь йети раскопать сугробы в туннелях, ведущих от дворца, хватило бы всего нескольких взмахов посоха, чтобы устроить отличную метель”.
Вспомнив о посохе, он попытался нащупать свое оружие, но пошевелить руками никак не удавалось. Более того, при малейшем движении становилось больно запястьям. Джек сделал над собой усилие и приоткрыл глаза.
Он находился в подземелье, стоял на коленях на жестком каменном полу. Руки его были накрепко скованы и вздернуты над головой - судя по всему, цепь крепилась к потолку. Вокруг было темно, но не настолько, чтобы ничего не разобрать. Несколько факелов на стенах создавали множество теней на полу - отличные условия для его пленителя.
На губах чувствовался острый привкус крови, должно быть, он искусал их, когда кошмары впивались зубами в его тело. Молодой Хранитель вздохнул и, как мог, выпрямился. Пока что Питч поступал именно так, как он от него ожидал; посмотрим, что будет дальше.
Долго ждать ему не пришлось, и Джек мысленно записал еще одно очко в свою пользу. Играя в тщеславие, Кромешник порой бывал удивительно предсказуем. Где-то в стене звякнул замок - там, видимо, была дверь, которую в темноте Джек не мог разглядеть. Тонкую полоску света закрыла черная тень высокой фигуры.
- Ну и как ты это объяснишь? - полюбопытствовал Джек. - Я хочу сказать, давай пропустим твои вечные речи о Свете и Тьме и о том, что я попался, и перейдем к сути.
- Радует, что ты чему-то учишься, Фрост, - ехидно откликнулся Кромешник. Его самого юноша уже не видел, только скользили по стенам возле него тени, складывающиеся во множество худых фигур в мантиях, да звучал мягкий, вкрадчивый голос. - Ты уже не тот несмышленый мальчишка, которому я пытался раскрыть глаза.
- Не обольщайся, я непонятливый, - Джек подвигал ладонями. Цепи были тяжеловаты и жутко натирали кожу, но, кажется, ему удалось немного охладить их. Значит, надо еще постараться! - Почему ты не убил меня?
- Это было бы милосердием, мальчик, а я к нему не склонен, - Кромешник по-прежнему не показывался, но Хранитель ощутил, как по его ногам медленно карабкаются плети темноты. Джек предпочел не смотреть вниз, чтобы не наткнуться случайно на чей-нибудь взгляд.
- Я думаю, ты не уничтожил меня, потому что тебе нужен тот, кто тебя поймет, - смело сказал юноша. - Я помню твои слова на полюсе, ты устал от одиночества и вечной темноты. Тут могу тебя понять, хотя и не сидел столько лет под кроватями. Но вечный холод ничуть не лучше, поверь мне. Я даже не могу никого обнять, чтобы не заморозить.
- Семья? - Питч появился из теней, остановился перед своим пленником и посмотрел на него с какой-то презрительной жалостью. - Я лгал, Джек. Мне нужны только власть над душами людей и их снами, больше ничего. Думал, ты это уже понял, потому и отказал мне.
Джек покачал головой. Из уголка рта стекла тонкая струйка крови, и он неловко склонил голову к плечу, чтобы вытереть ее. Питч мог говорить что угодно, но после победы над Фенриром он больше не был таким врагом, каким казался сначала.
- Я знаю, каково жить без друзей, Кромешник. Твое сердце разъедает Тьма, но в тебе есть что-то светлое, иначе ты уже уничтожил бы меня. Зачем я тебе? Много силы ты не получишь, потому что я не боюсь. Да и Хранители не станут долго гадать, кто меня захватил в плен.
- Я справлюсь с ними, - Питч подошел ближе, оказавшись за спиной Хранителя. По шороху его мантии Джек понял, что Кромешник наклонился к его уху. Теплое дыхание коснулось мочки. - Ты даже отдаленно не представляешь, на что я готов после тысячелетий забвения, Фрост.
