Да, общаться в режиме мобильной связи, оказывается, намного проще. И безопасней? Он слышит удаляющиеся в другой конец палаты шаги и не может пересилить себя, чтобы не посмотреть. Евгений набирает в электрочайник воду и через минуту возвращается, включая его.
— Почему у тебя телефон выключен? — Совершенно спокойно интересуется Женя, бросая взгляд на тумбочку, где он лежит.
Макс находит, за что ухватиться, чтобы отвлечь себя.
— Не хотел, чтобы у некоторых была возможность перезвонить. — Все еще слегка сонно произносит он, тря глаза.
— Я так понимаю под этим многозначительным «некоторый» подразумеваюсь я? Исходя из того, что номер известен только мне…
— Я вчера звонил Полине. — Произносит Макс.
— И что? — Удивление, замаскированное за невозмутимостью.
— И как ты думаешь что? — Чуть колюче.
— Судя по твоему хорошему настроению — вы расстались. — Делает предположение Евгений, усаживаясь на стул. — Жалеешь?
— Нет. — Уже спокойнее произносит Макс. — Каждый раз, когда бы я видел ее или Фокса у меня стопудово перед глазами была бы совершенно другая картина.
— Я не видел факта измены собственными глазами, но богатое воображение в этом случае хуже, чем, если бы видел, так что понимаю, о чем ты говоришь.
Макс слегка расслабляется.
— Как там вчера? — Меняет он тему и Женя позволяет ему это сделать.
Напряжение Макса уходит окончательно, пока Евгений заваривает новый чай и рассказывает ему об открытии. Он даже несколько раз смеется, подкалывая его. Но вскоре понимает, что рано расслабился. Евгений бросает быстрый взгляд на наручные часы.
— Все, мне пора. Давай помогу переодеться…
Привычная фраза, которая звучала, как минимум, раз пять… но до того, как у Макса поехала крыша. Да, ему не мешало бы переодеться, раз он и так не может себе позволить душ. Да, сам он это сделать пока вряд ли сможет. И нет, только не с помощью Жени. Перед глазами со всей отчетливостью встает картина из недавнего кошмара и это никак не способствует сохранению уравновешенности. Посттравматический синдром может прогрессировать?
Но Евгений не дает ему шанса ответить отрицательно, поднимаясь и привычно доставая сменную чистую одежду из небольшого шкафчика. Макс делает глубокий вдох. Как бы ему не хотелось, но Женя здесь не при чем, все дело в нем самом. Если он сейчас вдруг начнет себя странно вести, Женя тут же это поймет, а Макс, судя по всему, уже готов к панической атаке. Но ничего ведь не поменялось. Все нормально. Все, как и было раньше. Кошмарный сон — это просто сон, а в жизни все по-прежнему и не из-за чего…
Додумать Макс не успевает, потому что чувствует, как руки Жени освобождают его от одежды. Рубашка еще полбеды, но когда теплые пальцы, задевая кожу, поднимают футболку, а сам Макс практически утыкается на несколько секунд в грудь Жени, никакие аутотренинги не помогают ему не зацикливаться на этих ощущениях. Чем больше он пытается о них не думать, тем ощутимее они становятся. Будто в насмешку над растерянностью и нервозностью. Расшатанные нервы сдают, и он резко отодвигается.
— Я сам. — Поддевая здоровой рукой футболку поспешно стягивает ее через голову в первый раз чувствуя себя не без одежды, а голым. Оказывается, это два совершенно разных ощущения. Женя никак не акцентирует на этом внимание. Тянется к новой футболке, лежащей на кровати, но Макс успевает выхватить ее из его рук. — Я сам могу. — Упрямо повторяет он. Женя несколько секунд наблюдает, как Макс сражается с ней, пытаясь одной рукой натянуть на себя, и все-таки не выдерживает.
— Макс, в чем дело?
— Ни в чем. — Откуда-то из серой хлопковой ткани, в поисках куда просунуть голову. Да, снять было проще, чем надеть.
Женя слегка улыбается очередному приступу обострившейся самостоятельности и помогает, наконец, продеть голову. Макс не дает своему мозгу задумываться над этим и прослеживать какие бы то ни было реакции в ответ на легкие прикосновения. Он же никогда не обращал на это внимания. Костяшки пальцев Жени черкают по ребрам… И теперь не будет. Руки мягко проводят по спине, поправляя ткань… С ним все в порядке. Здоровую руку продевают в рукав рубашки, и пальцы касаются шеи, поправляя воротник, задевают волосы… На коже выступают мурашки. Все!
— Спасибо за помощь, но я и сам в состоянии. — Нервно. В голове отборнейший поток ругательств в адрес самому себе, пока Макс как-то немного дергано поправляет одежду, отодвигаясь от Жени насколько это возможно. — Ты, кажется, на работу опаздываешь.
— Ты не говорил с врачом по поводу успокоительных? — Осторожно интересуется Евгений.
— Со мной все в порядке.
— Я вижу.
— Жень, иди. Удачного рабочего дня.
— Макс…
— Все нормально, говорю. — С ощутимым нажимом. Еще пару минут и Макса прорвет.
Женя улавливает это шаткое состояние Максима, но выяснять в чем причина бесполезно. Возможно, из-за вчерашнего разговора с Полиной у него вновь разошлась нервная система, и об успокоительных Женя все-таки решает поговорить с врачом сам.
