– Знаю. Поговорим об этом, когда все закончится… Если что, я рядом, ты в любой момент можешь меня позвать.
– Хорошо. Спасибо.
– И не позволяй им плохо с тобой обращаться. Ты сильнее, чем они могут себе представить.
– Они нормальные…
– Уж надеюсь.
Подмигнув мне, она распахивает дверь и на весь коридор кричит:
– Господин следователь!
– Обязательно кричать так громко? – недовольно интересуется он, подойдя к допросной.
– Не понимаю, о чем вы.
Пожав плечами, она выходит в коридор, но я точно знаю, что ее присутствие будет поддерживать меня до самого конца этого безумного дня.
– Не знал, что у вас такие близкие отношения, – внезапно говорит следователь. – Вы с ней сразу поладили?
– На самом деле нет. Сначала наше общение вообще не задалось.
– Почему?
– Когда мы только встретились, она…
Умолкнув, я вдруг задумываюсь, для чего ему эта информация.
– А что?
– Ничего. Просто любопытно.
У него и без того лукавые глаза, а сейчас от них и подавно разит враньем.
– Нет-нет, скажите прямо. Зачем вы спрашиваете о Еве?
– Она есть в списке, который мы проверяем, но вы почему-то не выделили ее имя.
– Хотите записать в подозреваемые моего психиатра?
– Я этого не говорил.
– А что вы только что сказали?
Мое возмущение растет с каждой секундой. И конечно, это не остается незамеченным.
– Успокойтесь, Аделина. Не нужно так нервничать. Это всего лишь стандартная процедура проверки каждого так или иначе причастного к текущему делу человека. Ваш психиатр с вами почти с самого начала, ей известны все детали игры и того, что вы испытывали во время нее и после. Вы уже не раз доказали, что умеете мыслить здраво. Думаю, если вы построите в своей светлой голове небольшую логическую цепочку, то поймете ход моих мыслей.
– Боюсь, что ход ваших мыслей поймет лишь тот, у кого вместо сердца такой же бесчувственный механизм, как у вас.
Мы с ним впервые остались наедине, но я, несмотря на небольшой страх, не собираюсь пасовать перед ним и бояться возможных последствий. Однако он, на удивление, совсем не злится.
– Вам нужно досмотреть видео, – говорит он спокойным тоном, совсем не похожим на тот, который звучал в начале допроса. – Приглашу Антона.
– Пригласите, раз не хотите со мной общаться.
– Что? – удивляется он, и в этот момент я замечаю, насколько густые у него брови – такие же каштановые, как и коротко подстриженные волосы.
– Вы постоянно куда-то уходите.
– Конечно, ведь я веду следствие, если вы забыли. Мне нужно контролировать многие процессы, и…
Он настолько сбит с толку, что я едва сдерживаю улыбку.
– Я не должен ничего объяснять.
– Я и не прошу. Просто странно, что вы перекладываете общение со мной на других. Как будто что-то не так со мной или с этим делом в целом.
– Послушайте, Аделина, – нервно отвечает он, – мне некогда обсуждать ваши немыслимые подозрения. Сейчас придет Антон. Будьте добры досмотреть все видео и выудить из своей памяти хоть что-нибудь полезное.
– Обязательно, – киваю я, ухмыляясь, потому что понимаю, что права: с ним что-то не так.
В ту нашу поездку мы с Бэль остановились в небольшом курортном городке, похожем на все те, которые я посещала в детстве вместе с родителями. Выйдя на улицу, я услышала доносящиеся из аквапарка громкие визги, смех и всплески воды, возникавшие из-за очередного плюхнувшегося в нее человека. Проходящие мимо меня отдыхающие с надувными кругами в руках и облаченные в разноцветные купальники и плавки так и светились на палящем южном солнце, но, заметив мою бледную суровую мину, мгновенно менялись в лице. Даже оказавшись в восьмистах километрах от дома, я все равно осталась белой вороной.
Нас с подругой встретил необычайно харизматичный мужчина с усами как у Эркюля Пуаро.
– Уже бывали у нас?
– Несколько лет назад, – быстро ответила Бэль.
– Несколько лет? На море нужно выбираться почаще!
Он закашлялся после очередной затяжки и тут же поймал мой внимательный взгляд.
– Что, хотите прочитать лекцию о том, что однажды это убьет мой организм? Вот что я вам скажу: меня сто процентов убьет какая-нибудь другая зараза. Смерть просто не может быть такой предсказуемой. Уж кто-кто, а она умеет удивлять.
– Вы с ней хорошо знакомы?
– Со смертью-то? Конечно. Я знаю, какой она может быть. Беспощадной, жестокой, странной, но точно никак не предсказуемой, – улыбнулся он с сигаретой во рту.
– Мы можем пройти в наш номер? – перебила его Бэль.
– Ну разумеется! Пройдите за мной.
Мужчина толкнул незапертую дверь и направился во двор. Мы последовали за ним.
– Я поселил вас на третьем этаже, оттуда открывается отличный вид на море, как вы и хотели.
– Отлично, – довольно кивнула подруга.
– Ровно в девять утра я собираю всех постояльцев на завтрак. Буду рад, если присоединитесь.
– Вы сами готовите? – поинтересовалась я, стараясь поддержать беседу, потому что не каждый день мне удается пообщаться с человеком, который не знаком с моей историей.
Он рассмеялся так сильно, что схватился за живот.
– Нет, что вы! Я просто люблю поесть.
– И чем угощаете?
– Узнаете, когда придете.
– Ладно, мы обязательно составим вам компанию.
