– Да, правда. Там находятся лишь системы, сохраняющие тело нетленным. Оно обычно одето в робу, на шее может быть какая-нибудь подвеска, а на пальцах – кольца. Но в основном ценности обычно складывали в зале перед погребальной камерой. А заклятия там действительно страшные. Последняя линия обороны, как-никак. Может дойти до обрушения свода, воспламенения воздуха или заполнения помещений водой. Соваться туда – чистое безумие. Игра не стоит свеч.
– Понятно. – Рыцарь продолжил: – «Мы принялись делить добычу. Увидев скудность трофеев, мои сообщники взбунтовались. Они кричали, что я обещал им золотые горы, а тут пшик, а потому я не могу забрать себе половину добычи, как договаривались. Мы начали спорить. Я сразу остался в одиночестве, мою сторону не поддержал никто. Они бесстыдно ухмылялись мне прямо в глаза и говорили, что их много, а я один, а потому мне нужно быть посговорчивее. Мерзавцы наставили на меня оружие. Я напомнил, что, если они будут мне угрожать, я не стану с ними больше иметь никаких дел. Но твари только заржали мне в лицо. Наглецы ответили, что не нуждаются в моих услугах.
Я сказал, что только я выучился читать и писать, могу ориентироваться по картам, знаком с алхимией и умею пользоваться магическими предметами, они просто не смогут и шагу шагнуть без меня. Но негодяи уже вошли в раж. Они избрали себе нового предводителя – того самого здоровяка Нягоэ. Он разделил все наши находки, а мне швырнул колечко. Хоть кружок орихакурона с кристалликом и не был самой дорогой вещью в усыпальнице, Керстан возмутился. Он хотел меня оставить ни с чем. Но остальные его не поддержали. „А эти бочки можешь забрать себе. Если продашь – мы не в обиде, – бросил мне Нягоэ, уходя. – Благодари создателя, что мы тебе не перерезали горло в этой дыре“.
Я взял перстень и потащился к выходу. Тогда мне хотелось всех переубивать. Но я понимал свое бессилие перед пятью твердолобыми мужиками. Когда ехали обратно, я специально отстал от них. На душе было гадко. Более вместе мы никогда не собирались. Вырученных с колечка денег не хватило, чтобы расплатиться с ростовщиком сразу. Я был по уши в долгах. Тогда-то я и вспомнил о сосудах со странной жидкостью. Мне пришлось снова вернуться в гробницу. Телегу я оставил у входа в ущелье. Дальше на лошади возил по две емкости. На это ушел целый день. Но я хотел опустошить сокровищницу на тот случай, если мои бывшие друзья одумаются и захотят присвоить и эту неизвестную субстанцию.
Теперь дом мой превратился в склад. Я перелил немного жидкости в колбы и отнес знакомым алхимикам. Кто отказал сразу, кто промурыжил для виду пару деньков, кто действительно провел какие-то эксперименты. Но результат везде один и тот же: „Нам данное вещество незнакомо, как применить – не знаем, а потому покупать не будем“. Говорили, там есть некая магическая субстанция, но толку от нее нет, а потому она никому не нужна. Сам я опускал в тот раствор металлы, соли, минералы, пытался смешать его с водой, маслом, спиртом. Ничего дельного не выходило.
Тогда-то я и вспомнил о рельефах во втором коридоре. Там же изображены какие-то опыты. Наверняка тот самый маг проводил эксперименты именно с этой жидкостью. И вот я посетил гробницу еще раз. Я внимательно разглядывал изображения на рельефах, кое-что перерисовывал. Понимал не все. Но удалось узнать, что большинство экспериментов были так или иначе связаны с кровью. Особо интересна была серия сцен, где чародей делал порез кожи и лил жидкость прямо в ранку. Далее было показано, что вещество проникает в кровь и разносится по всему телу, а потом человек превращается в существо неистовой силы. Кроме того, возникает потребность пить кровь.
Этим я и воспользовался. Делать опыт на себе побоялся. Дал одному беспризорнику дукат и пообещал еще один по завершении эксперимента. Тот согласился. Я сделал маленький надрез у мальчишки на руке и влил в рану той самой жидкости. На удивление, сама кровь будто бы поглотила ее. Далее парнишка сказал, что чувствует себя неважно, схватил монетку и убежал. Я проследил за ним. Уже скоро он сделался агрессивным, начал нападать на сверстников. К вечеру он избил всех своих друзей и принялся с пеной у рта носиться за прохожими. Казалось, силы его приумножились втрое, а чувства боли и страха он утратил напрочь. Конец бедняги был ужасен. Стражники городского патруля приняли его за бешеного и закололи алебардой.
Я же продолжил серию опытов и вскоре смог вычислить такую дозу, которая бы не вводила человека в неистовство, но придавала сил, храбрости и подавляла чувство боли. Тогда я понял, что на этом можно заработать. Впервые я смог продать свои услуги устроителю кулачных боев. Тот не особо доверял мне, но согласился попробовать. Результат превзошел все ожидания…»
– Ладно, спасибо, друг, – зевнул сэр Даргул. – Конечно, писанина более чем интересная, но смысл ясен. Надо идти спать, а то уже глаза закрываются. Денек выдался не из легких. – Угрехват потянулся, потер веки и тряхнул головой.
