– Видишь ли, жизнь такая штука. Влюбленность, она – чувство мимолетное. Сегодня ты любишь одного, завтра – другого. Ты пробуешь одного кавалера за другим, как блюда на пиру. Но нам не следует полностью идти на поводу у своих чувств, правда? – Она сильно сжала его руку. – Я не думала, что ты серьезно все это воспримешь. Да, в том моя вина. Ты же человек из другого мира. Но я полагала, наша страсть не закончится ничем, кроме сладких воспоминаний. Ты уедешь в свою страну, я вернусь с королевой обратно в Брунд. Не обижайся, Тэдгар, ты красивый, умный, привлекательный, чувственный. Но ты же не можешь дать мне всего, чего надо мне. Я привыкла жить… так, как сейчас. Красивые платья, лучшие вина, изысканные развлечения. Прости, но твоих доходов просто не хватит. В Гунхарии я помолвлена с графом. Он стар, морщинист, толст и не всегда, как бы сказать… Но зато он богат, сказочно богат. В общем, по возращении домой я выйду за него замуж. Я стану графиней, и тогда, стоит мне лишь поманить пальчиком, любой прекрасный юноша, такой, как ты, будет рад удовлетворить мое самое изощренное желание. Прости, красавчик, я не думала, что ты этого не понимаешь. Мне правда очень жаль. – Заланка отпустила руку мага, на ее глаза навернулись слезы.
Она смахнула их изящным жестом, обняла растерявшегося парня, чмокнула его в щеку и, сказав: «Прощай», подобрала подол платья и торопливо пошла вперед по коридору, даже не дождавшись ответа. А Тэдгар еще долго стоял и смотрел ей вслед, не в силах сдвинуться с места.
Новый день принес кучу хлопот. Времени грустить не осталось. Да и суета с обилием мелких дел – лучшее средство от горестных мыслей. Сегодня у короля будет прием, на котором Иану официально пожалуют замок и передадут реликвии ордена Белого Вирма. Наследник древнего рода брал друга и на подписание бумаг, и на получение денег, и на регистрацию в реестрах знати, и на разговор с герольдмейстером. И хоть присутствие Тэдгара нигде не требовалось, рыцарь, видимо, не хотел оставлять товарища одного предаваться терзаниям разбитого сердца. Сам же юноша теперь воспринимал случившееся как некое наваждение. Страсть затмила ему глаза. И перспектив в отношениях с укутанной в бархат и горностай прелестницей с самого начала не имелось вовсе. Она даже в некотором роде оказалась права. Нужно было просто наслаждаться друг другом без каких-либо планов и далеко идущих обязательств.
После обеда сэр Даргул куда-то исчез – видимо, ушел получать вознаграждение. Слуги принесли одеяния для предстоящей церемонии. Будущий владелец замка Форвинкель получил мантию, отделанную беличьим мехом с гербом: в червленом поле – три дубовых листа вилообразным крестом – серебряные, обремененные в сердце трилистником золотым, серебряная глава, обремененная тремя каплями червлеными. Между прочим, последняя явилась почетным дополнением, дарованным королем в память о победе над вампирами. Щит обвивал свернутый в кольцо белый вирм – знак принадлежности к возрожденному ордену. Кроме того, Иану была пожалована и личная эмблема – гончая, восстающая, оборачивающаяся тинктуры горностая, с ошейником в виде герцогской короны золотой, с цепью того же металла. Именно она должна будет изображаться на его штандарте. Тэдгару же досталась роба из алой чароткани, щедро окантованная парчовой вышивкой с пурпурными вставками. Видимо, его величество посчитал неподобающим видеть на пышной церемонии грязный, рваный, с протертыми рукавами балахон, который юноша носил уже несколько лет. Конечно, и магические свойства обновки изрядно порадовали начинающего некроманта.
Время праздника приближалось, а сэр Даргул все не приходил. Парни начали волноваться. Где же пропадает мастер? Не опоздает ли он на торжество? И вот в дверь постучали. «Учитель?» – подумал молодой заклинатель. Но на пороге стояли четыре герольда в далматиках с жезлами в руках.
– Пройдемте, господа, – сказал один из них.
– Но господин Мортимер – он еще не пришел, – пытался протестовать помощник ученого.
– Его величество не может ждать. Наверное, ваш друг уже в зале.
Наши герои проследовали по коридору, дверь распахнулась, и их ввели в ярко освещенный чертог с высокими сводчатыми потолками. Оттуда свешивались знамена с гербами короля, его отца и матери, королевы, земель Гунхарии, а также лучших родов страны. По правую и левую руку столпились магнаты, бароны, рыцари, придворные дамы, представители духовенства. Впереди высился резной золоченый каменный трон с ножками в виде львиных лап и высокой спинкой, покрытый алым бархатом, а на нем сидели Мациус Винкорн в горностаевой мантии и венце и королева Беата в платье из изысканного шелка, вуали тончайшего виссона и ослепительной диадеме. По правую руку стоял воевода Залесья с церемониальной булавой и специальным знаком на шее, по левую – архиепископ Миклош Вац в митре и с пастырским посохом, богато отделанным драгоценными каменьями. В толпе Тэдгар заметил и Заланку Керепеци. Красавица было улыбнулась ему, но парень отворотил взор.
