– Обещаю, завтра вам не придется терпеть такие лишения. В замке Тёрцштайн каждый найдет мягкую постель и сытный ужин, – уверенно заявил рыцарь.
– Кстати об ужине, – не дал продолжить Угрехват. – У нас есть три сухих лепешки, еще из Кронбурга. И больше ничего. Каждому по одной. Во флягах осталось немного воды. Но постарайтесь экономить. Непонятно, как скоро мы сможем пополнить запасы.
Мастер встал, подошел к котомке и достал три круглых куска черствого хлеба.
– По крайней мере, без плесени, – прибавил он и вернулся обратно.
Тэдгар старался есть медленно, тщательно разжевывая каждый кусочек. Ведь, кроме хлеба, у них ничего нет и, видимо, не будет как минимум до полудня. Но от того аппетит еще более раззадоривался, а сосущая боль в желудке не уменьшалась. Высокие парни постоянно страдают от голода: как бы много они ни ели, чувство насыщения пропадает очень скоро. И куда все девается? Юноша знал: заснуть сегодня, скорее всего, не удастся – ночью живот будет бурлить, а наутро к горлу подступит тошнота и станет сводить скулы.
– Ладно, мне хватит, – неожиданно произнес сэр Даргул.
Он отломил половину своей лепешки, разделил ее на две четвертинки и подал спутникам.
– Вот, возьмите, вам нужнее, – сказал магистр. – Мне, старику, много не требуется.
– Нет, не надо, оставьте на утро, сэр. – Тэдгар не мог забрать последний кусок у наставника.
– Если я решил, будь посему, – отрезал господин Мортимер и даже отодвинулся от ученика.
Ассистент понимал, почему мастер поступил так. Молодому магу стало грустно и отчего-то стыдно. Он глубоко вздохнул и отвел глаза. Перед ним плясали языки пламени. В глубине костра ровно мерцали угли, поленья трещали, в воздух вздымался пепел и исчезал, уносимый ветром. Все молчали. Слышно было лишь, как зубы вгрызаются в черствый хлеб.
Тишину нарушил Угрехват:
– Давайте теперь посмотрим то, за чем мы прибыли в монастырь. – Он достал из сумки рукопись и положил себе на колени, взмахнул рукой над манускриптом – легкое зеленоватое сияние окружило ладонь, повел пальцами – невесомое светящееся облачко соскользнуло вниз и проникло в страницы. Сэр Даргул открыл книгу и сосредоточенно поглядел на разворот.
Внутривидение – догадался Тэдгар.
– А-а-а, детский фокус, – разочарованно протянул исследователь. – Уж можно было выдумать что-то поинтереснее. Лунные чернила – самая обычная уловка. Ты знаешь, как они работают? – обратился он к ученику.
– Да, сэр. Лунные чернила не видны просто так. Но если они адсорбируют на себя лучи луны, буквы начинают проступать. Обычно используются вместе с антилунными чернилами. Те при поглощении лучей луны, наоборот, скрываются из виду. То есть обычно лунными чернилами пишут скрытый текст, а антилунными – маскирующий.
– Браво! Хоть что-то отложилось в твоей косматой голове за время учебы. Где-то у меня был конденсатор лунных лучей, – сказал магистр и отправился к ящику с походной лабораторией.
Он открыл замок, отыскал нужное отделение, порылся там и извлек небольшой предмет, похожий на линзу. Материал напоминал горный хрусталь.
– Так, нам нужно подойти к входу, – улыбнулся Угрехват.
Он зажал книгу под мышкой и зашагал к проему.
– Полнолуние, – произнес некромант, – долго возиться не придется.
Старик повел пальцами над кристаллом, и тот начал испускать слабое нежно-голубое сияние. Мастер положил прибор на открытую ладонь и поднял вверх. Тэдгар встал рядом и принялся наблюдать. Поначалу как будто бы ничего не происходило. Но вот постепенно лучистость стала усиливаться. Свет с каждым мгновением делался все ярче и ярче, холодные оттенки исчезли, и остался только белый. Юноша подумал: «Будто звезда сошла с небес и теперь мерцает в руках у заклинателя».
– Готово, – заключил ученый, сел на большую глыбу, положил рукопись на колени и раскрыл ее.
Ассистент заглянул через плечо магистра. Рыцарь пристроился с другой стороны. А сэр Даргул начал медленно водить конденсатором над листом. Серебристые потоки начали нисходить с линзы, и там, где они касались поверхности пергамента, проступали буквы, а записи, которые были видны днем, исчезали.
Так, не торопясь, Угрехват обрабатывал страницу за страницей.
– До утра хватит, – произнес он рассудительно, – а дальше чары развеются. Ладно, пойдемте назад. Холодно здесь стоять.
Наши герои вернулись в пещеру и заняли свои места у очага.
Мастер зажег посох и поглядел на текст:
– Нет, не эльфийский, а жаль. И даже не тальмарийский. Иан, сядь-ка сюда, пожалуйста. Погляди, тебе знаком этот язык?
Воин опустился рядом с некромантом и взял манускрипт.
– О, да тут написано на ульпийском, – удивился он. – Никак не думал, что на нашем языке пишутся колдовские книги.
– Ты сможешь разобрать? – спросил старик.
– Думаю, да, – кивнул наследник боярского рода.
– Тогда почитай, пожалуйста, и переводи нам вслух. Я-то ничего сам не понимаю, а страсть как хочется узнать, как мог тот хваленый чародей крови дойти до такого открытия.
Рыцарь усмехнулся и начал:
