Я вопросительно поднял бровь. Он достал из сумки маленький мешочек из тонкой кожи и показал мне, я все равно не понял. Произошедшее явно повлияло на мои и без того неважные мыслительные способности.
- Дай воды. Я разведу чернила и начерчу несколько рун, камень - идеальный материал.
- Хочешь сделать ловушку? - Я снял с пояса и передал ему бурдюк, потом вспомнил:
- Там же воды на несколько глотков осталось.
- Мне всего-то несколько капель потребуется. Жаль, чернильницу расколотил, в ней идеально смешивать такие вещи, - посетовал йрвай, сорвал с ближайшего куста плотный лист, насыпал туда сухого реагента и плеснул водой, отдав бурдюк мне. - Допивай, еще наберем.
- Где? - усмехнулся я.
- А... ну да. Тогда не наберем.
- Я туда ни за какие коврижки не полезу. Мало ли что может сотворить с живым человеком то озеро. Так что пока оставлю чуть-чуть воды на потом, когда совсем невмоготу станет.
С трудом действуя одной рукой и помогая пальцами второй, я привязал тонкую, но крепкую веревку из натуральных компонентов за одну из колонн. Отрезав и размочалив ее другой конец, сбросил его вниз, уступив дорогу йрваю.
Руны он чертил прямо когтем, обмакивая его в фосфоресцирующую субстанцию. Я присмотрелся, но ничего знакомого обнаружить не смог - нечто из старых фолиантов, заботливо перенесенное в бездонную память йрвая. Он посмотрел на меня, кивнул, скомкал лист и отбросил его в сторону, подняв с земли мой посох.
- Держи, инвалид. У тебя лицо сейчас такое, что только в лесу маскироваться. Зеленое и бородатое.
- Самое время напрашиваться к вам в родичи, - парировал я. Локстед ухмыльнулся:
- Для начала тебе к ослиному упрямству нужны еще такие же уши, как вашему королю.
Спешным шагом мы направились дальше. Побежал бы, да ноги заплетаются. Передохнуть бы, да какая-то дрянь нас преследует. Слабо верится, что это официальная имперская спасательная экспедиция с большим запасом хорошей еды, воды, лекарств, и все это богатство - для нас двоих.
Скорее, это остатки банды Герцогини с большой охапкой предметов, предназначенных для убийства таких замечательных Рихарда Шнапса и Локстеда... черт, не звучит. У Локстеда-то фамилии отродясь не водилось.
Традицию рода, как ни странно, народ йрвай не ведет вообще. С одной стороны, сложнее уследить за тем, кто и откуда. С другой, если прикинуть - они взяли и одним махом избавились от целой страницы в мировой истории. Братоубийственные войны, враждебность различных дворянских фамилий, продолжавшиеся веками. Рациональное племя. Боюсь, договариваться с ними будет либо слишком просто, либо непросто совершенно.
Задача номер два. Первая - добраться до места назначения живым, поскольку с текущими кратковременными провалами сознания я растерял весь запасенный оптимизм.
От очередной темноты я очнулся, сидя под деревом в странной позе. Нос забивало каким-то резким, кислым запахом, открыв глаза, я обнаружил, что йрвай держит у моего лица плод, который, помимо отвратительного запаха, обладал еще и отвратительным видом. Грязно-темно-бархатно-синий, с бурыми пятнами, весь покрытый какими-то неопрятными чешуйками.
- Фу, - поморщился я, - убери.
- Оклемался, - одобрительно сказал Локстед. - Надо тебя как-то приободрить, иначе не доберешься.
- Не думай, что я стану есть эту гадость.
- Да он несъедобный, успокойся. Я тебе лучше вот это скормлю, - достал он пузырек с бурым варевом. Я безропотно принял стеклянную емкость и выпил одним глотком. А-а-а-а! Черт. Я такой горечи не испытывал никогда в жизни. Одно хорошо - сонливость пропала, и на время я действительно обрел себя прежнего.
- Дикая вещь, - высказался я после длинной паузы, кивком поблагодарив йрвая, потому что говорить в тот момент не мог - скулы свело, как от мощного удара. - О-о-ох... проняло так проняло, почище спирта будет.
- Спирт туманит разум... экстракт клювшаны проясняет. Правда, спустя трое суток ты будешь ощущать страшную слабость.
- Давай я просто упаду и сдохну, а? - пожаловался я, снова поднимаясь на ноги. Это стало походить на все истории известных людей, о том, как они падали, поднимались, падали, поднимались, а потом помер дядя и оставил в наследство кучу золота. Где. Моя. Куча золота?
- Давай. Но потом. А сейчас пошли.
Локстед был неумолим.
Я двигался за ним, подобно зомби, опираясь на посох едва ли не всем весом. По справедливости, если представить, что во время экспедиции один из нас должен получить травмы - их получу я. Ясная голова существа, которое знает все (или почти все) о местной живности гораздо ценнее, чем моя способность трезво мыслить или действовать правой рукой. Да и реагирует йрвай на опасности не в пример быстрее меня, что опять же возвращает нас к предыдущему выводу.
- Локстед, - негромко позвал я. Ушастая голова развернулась:
- Чего?
- А если на ваш город нападут?
- Городом Поющую Скалу можно назвать с очень большой натяжкой... поверь, у нас много способов защитить себя. Иначе мой народ просто не выжил бы здесь. Говоря о личной армии разбойничающей леди, я не стал бы утверждать, что у них найдутся еще силы, чтобы нападать. Даже если они выследят нас.
