Когда служба закончилась, люди вокруг меня потянулись к выходу. На улице они стали собираться в маленькие группы рядом с памятником Карлу Великому в дальнем конце площади. Большинство — банкиры или промышленные магнаты. Горан встал слева от Конрада, а Михаэль — справа. Я остался один и принялся глазеть по сторонам, пока остальные разговаривали между собой. Отходить от них я не решился, потому что иначе бы меня силой вернули на место. Чуть поодаль общался с другими телохранителями Хайндрик Хольгерсен, и было заметно, что ему смертельно скучно. Бедный парень!
Рассматривая проходящих мимо меня туристов, я гадал, когда можно будет уйти.
Несколько больших машин уже припарковались у края тротуара. Неудивительно, что часть туристов уже щелкала на фотокамеры этот впечатляющий ряд черных гробов. Ведь не каждый день увидишь машины стоимостью несколько сотен тысяч долларов, выстроившиеся в ряд. Пригрело полуденное солнце, воодушевив местных воробьев покинуть ветви деревьев и отправиться на поиски пищи. Невероятно, насколько они шустрые — ничто съедобное не укроется от их зорких глаз.
— Вы воображаете, что можете править миром, но мы разоблачим вас и ваши проклятые планы! — крикнул мужчина средних лет, окруженный компанией из пяти-десяти человек, одетых, как рабочие. «Чудесно, агитаторы уже здесь», — подумал я, а Хайндрик уже пытался оттащить меня, дергая за руку. Я уперся в землю ногами — не хочу пропустить такое зрелище!
Люди в костюмах мельком взглянули на говорившего и вернулись к своим беседам, словно не произошло ничего, заслуживающего их внимания, а их телохранители выстроились в неровную «линию обороны». Лицо Конрада ничего не выражало. Даже если внутри него бурлил гнев, на поверхность он не прорывался.
— Вы еще хуже масонов! Вы жаждете разрушить нашу демократию, чтобы беспрепятственно выжимать из нас соки! — проорал мужчина в лицо Конраду. Горан осязаемо напрягся. Конрад устремил на агитатора один из своих ледяных взглядов, но ничего не сказал. Хайндрик в очередной раз дернул меня, и я понял, что это был последний тактичный намек садиться в машину.
Швед пытался запихнуть меня в черный мерседес. Люди в костюмах стали медленно расходиться под крики рабочих, хотя для профсоюзных активистов их было слишком мало, и они производили странное впечатление.
— Постой, Хайндрик, ты мне руку сломаешь!
— Садись в машину и помолчи. Мы едем обратно в отель.
Он с силой толкнул меня в салон. Можно охранять меня так, чтобы не убить в процессе?
— Мы не будем его ждать?
— Нет, герцог поедет с Михаэлем и Гораном в другой машине, — сказал он и сделал водителю знак трогаться. Я чуть не свалился с сидения, когда мерседес резко газанул.
— В отель?! Я хочу погулять!
— У меня приказ, что в случае беспорядков тебя нужно отвезти в безопасное место. В данном случае это отель.
— Беспорядки? Семеро кричащих парней? В моем представлении, беспорядки — это минимум двести человек, вооруженных резаками.
— Никогда не знаешь, чем всё может обернуться в итоге. В любом случае, плохо, что им известно место встречи, — раздраженно ответил Хайндрик.
Я фыркнул:
— Это секретное место? Ты серьезно?! В прошлом году даже до меня дошло, что целый взвод серьезных мужиков в дорогих костюмах тут явно неспроста. Да вы понятия не имеете, что такое секретность.
Когда мы приехали в отель, он отвел меня прямо в номер, не позволив даже зайти в ресторан поесть. Я уселся в гостиной, пыхтя от негодования.
— Не будешь ли так любезен сказать, куда исчез герцог с компанией?
— Мне неизвестно, где они встречаются. Спроси у Горана. Шатобриан будешь?
— Здорово. Ты только что спас меня от семи стариков для того, чтобы угробить мое сердце порцией красного мяса. Мне можно его только раз в неделю.
— Тогда вареный цыпленок. Не надо на меня обижаться. Я…
— …просто следую приказу, — устало хмыкнул я. — У вас в армии, наверное, висел плакат с этой фразой?
— Во флоте, — высокомерно поправил он меня. — Слушай, не злись на меня. Ты должен оставаться здесь, пока не поступит других указаний. Я тоже тут застрял. Постарайся относиться к этому проще.
— Ладно, извини. Это не твоя вина, что босс помешан на контроле, — пробормотал я.
— Чего уж там, конечно, ужасно, приехав в такой город, как Париж, сидеть взаперти в номере, даже таком роскошном, — сочувственно сказал Хайндрик. — Я закажу обед, а потом можно чего-нибудь посмотреть. У меня есть Оригинальная трилогия на DVD. Звездные войны, конечно, что еще?!
— Ты настоящий фанат, — рассмеялся я. — Как думаешь, они выкинут нас из отеля, если мы закажем попкорн?
— Нет, если мы попросим подать его в серебряной миске, — ухмыльнулся Хайндрик.
Мы неплохо провели послеобеденное время, наблюдая за приключениями любимых героев. В семь Хайндрик ушел сделать несколько звонков и вернулся только в девять, чтобы сообщить мне, что герцог к ужину не придет, и я должен поужинать и ложиться спать.
