Глава 43. Тени прошлого за нашими плечами
Он замолкает, давая мне собраться с мыслями. А у меня мыслей столько, что кажется, век здесь просидим прежде, чем я смогу их собрать.
Первая мысль. Этого. Не может. Быть.
Вторая мысль. Это единственная возможная истина, которая всё объясняет.
И его фанатичное стремление отыскать потерянный Материк эллери. И страстное желание заполучить собственный замок роз. И то, с каким тщанием подбирал он людей на корабле – давал шанс одиноким и гонимым эллери найти своё место в этом мире. И неизмеримое уважение и даже обожание, которое испытывает к нему его команда… хотя почему-то мне кажется, что даже им он не сказал всей правды о себе. Слишком она личная, слишком горькая, слишком болезненная. А они наверняка на каком-то подсознательном уровне чувствуют связь с этим человеком – своим истинным принцем. Морж, который отталкивает его от летящего кинжала… эллери всегда будут защищать своих королей.
И третья мысль, которая неожиданно отодвигает в сторону все остальные и топит моё сердце волной щемящей нежности и грусти. Сколько же боли он носил в себе всё это время! Отравленный шип, вонзившийся глубоко в душу.
Нежеланный сын обманутой и брошенной матери… Ребёнок, который должен был связать два мира - но в результате стал лишним и в том, и в другом.
Вообще-то после всего, что он мне рассказал, я могу уже не удивляться, почему он не верит в любовь. И ведь это он ещё не поведал мне продолжение истории! Что было после того, как причалил к Ледяным Островам корабль Тирлинн. Но даже немногих обрывков семейной истории Стратагенетов, что я слышала до этого, хватает, чтобы понять – дальше всё было очень и очень сложно. И никакого «жили они долго и счастливо» не произошло. По многим судьбам прошёлся любвеобильный Хьюго VII Стратагенет, у которого было две только официальные жены и, как утверждает молва, без счету любовниц. А страдают как всегда дети.
Поднимаю голову, встречаюсь взглядом с Генрихом. В его серых глазах – спокойствие и жёсткость стального клинка, закалённого в бурях сражений.
И в этот момент мне становится стыдно, что я называла его когда-то Ужасным Принцем. Мне очень повезло в жизни, наверное, что я не встречала по-настоящему ужасных.
Не могу и не хочу сдержать порыва – приподнимаюсь и обхватываю его за шею крепко-накрепко, прижимаюсь щека к щеке.
Да уж… кажется, его отец чуть было не искорёжил ещё две судьбы в довесок к своей коллекции.
Коротко вздыхает. Поднимает руки к моей спине, прижимает к себе так, будто я – хрупкий осенний листок, который вот-вот унесёт куда-нибудь порывом ветра. И этот скупой жест – больше и значимей любых слов.
И мы молчим. Долго молчим. Потому что я понятия не имею, что сказать. А может, слова и не нужны. Мы вместе, и это главное.
В конце концов, всё-таки решаюсь продолжить разговор. Мне хочется узнать всё до конца – чтобы выпить эту чашу до дна залпом, и чтобы ему тоже стало легче. Любое бремя легче, когда несёшь его с кем-то.
Кивает. Я снова слышу глухой от едва сдерживаемых чувств голос.
