Что поделаешь, ей, определённо, нужна эта комната. Здесь Дверь. Наверное, лир Виалан и Аурика приходили сюда прямо из замка, экономя время.
Для этого портрета владетельница Виоланна позировала во всех своих изумрудах из семейного набора: в диадеме, колье, которое сегодня так разволновало княгиню Арвисту, браслетах и кольцах. Вот те самые два колечка, которые сейчас на Кантане, лекарь сказал, что Аурика носила их на одном пальце — так и есть. Более широких два кольца — на другой руке. А одно из колец было незнакомо Кантане, очень широкое, его яркий изумруд размером с горошину — в половину шинки кольца. И бабушка Аурика надела его на большой палец правой руки. На большой! Значит, размер кольца был слишком велик. Оно — на мужскую руку?
— Я помню твою бабушку, лира, так, словно видел её вчера, — тихо сказал Кантане лир Кантор. — Она и её супруг были счастливой парой. Надеюсь, тебе и князю Дьяну достанется то счастье, которое не успели пережить они.
Это был момент, когда о них, кажется, забыли, отдавая должное искусству повара.
— Не стану отказываться, лир, — Кантана улыбнулась. — Тебе известно, что за кольцо на её большом пальце? Которое широкое.
— Твой дед упоминал как-то, что оно имеет особые магические свойства. Семейная магия Виаланов. Ты что-то знаешь об этом, лира?
— Совсем нет. К тому же я единственная в семье без магических способностей, так что семейные артефакты мне не пригодятся, — вздохнула Кантана.
— Сочувствую, лира, — понимающе кивнул лир Кантор. — Хотя… Не мне судить, но, если не ошибаюсь, в Шайтакане наследование всегда подразумевало кровные способности. Если ты признанная Хранителем наследница, то…
— Я поняла. Благодарю, лир.
Разумеется, тут речь не о классической итсванской магии, которой владел отец. К тому же никто и никогда не упоминал, что Аурика была магичкой, как и кто-то из её семьи, впрочем.
— Так это кольцо моего деда? — уточнила она. — Бабушка надевала его лишь иногда?
— Именно, лира.
— И его изобразили на её портрете.
— Это случайность. Я помню. Она позировала с кольцом, и художник его нарисовал. Твой деде решил, что это неважно, поскольку портрет неофициальный, а для его кабинета.
— Ты ничего не знаешь о свойствах кольца?
— Увы, — он развёл руками. — Однако оно считалось главной регалией владетеля. После смерти лира Виалана это кольцо изъяли и отправили в Ит, императору. Тогда правил отец Лиссара, и у него были какие-то свои планы на Шайтакан. И он назначил опекуном юной ленны своего человека. Ты, конечно, знаешь об этом больше меня, лира.
Кантана не знала ничего. Но как интересно — кольцо деда осталось у императора. Передавая князю, казалось бы, всё, это кольцо он оставил у себя.
Старик подался к Кантане и сказал совсем тихо:
— Я слышал, что все эти украшения — не просто драгоценности. У всего есть особые свойства. Особенно Аурика ценила эти два колечка, что сейчас на тебе. Никогда с ними не расставалась. Кстати, твой дед тоже носил два кольца на одном пальце, всегда, с ранней юности. Это были простые, невзрачные колечки. Не знаю, где они теперь.
— Спасибо, лир, — шепнула Кантана. — Ты оказал мне большую услугу.
— И впредь готов. Но увы, я больше ничего не знаю. Это твои семейные секреты, лира. То, что я рассказал — это лишь выводы, сделанные из случайных реплик владетелей. Мы били довольно близки.
— Кто может знать?! — это был не вопрос, скорее, вздох отчаяния.
Мудрейшая владетельница, которая ничего не знает и не умеет! А кто знает, Кантана сообразила секундой спустя. Ниберийка сказала, кто…
Лир Кантор пристально посмотрел на неё.
— Твои родственники, конечно, лира. И Хранитель. Только опасайся его. Надеюсь, твой супруг сумеет приструнить хранителей.
— Моя бабушка?..
— Именно, лира.
Они сейчас явно подумали об одном и том же.
— Лир Кантор, ты уверен?..
— Я не могу быть уверен, откуда? Но тогда в этом никто не сомневался. Её наказали за неповиновение. Она приняла посвящение без их разрешения, и не выполнила какие-то важные обряды. Маги-лекари не смогли её спасти. Потом явились хранители из их Обители, и тоже не помогли. Официально, конечно, никто не признал отравления. И лир Виалан тоже. Отказывался это даже обсуждать. Но тебе лучше бы пока избегать хранителей, лира, и беречь себя…
— Я поняла. Благодарю, — кивнула она.
— Ты сможешь всё, — старик ободряюще улыбнулся. — Если ты похожа характером на деда и бабушку. Они друг друга стоили! Тогда князя соддийцев ждет нескучная жизнь.
— Спасибо — сказала она. — Я постараюсь.
Бабушка, такая красивая и молодая, улыбалась ей с портрета. И, кажется, тоже хотела ободрить.
Когда они вернулись в замок, Кантана пожелала немедленно увидеть дракона. Немедленно. Ардай не стал возражать, ему тоже было любопытно. И огромный коричневый Дамас сел на стену…
— Вот, — Кантана отдала ему камень. — Вдруг он из-за этого меня не подпустит.
Это было правильно, и Ардай камень взял.
