— Знаю. Говорю же, не бойся. Моя Мудрейшая Владетельница, — он тихо засмеялся, взъерошил ей волосы, опять поцеловал, — я так и думал, что ты им покажешь, Мудрейшая. Что они тебя признают. Всё сходилось. Только я посчитал, что это будет позже. Но хорошо, что тебя вылечили от страхов. Надо будет наградить мага- лекаря.
Он не знал. И подумать не мог.
Дракона нельзя создать магией. Получится монстр.
Она нашла его ладонь, погладила, переплетя пальцы, и уткнулась лицом в подушку. И сон все-таки пришёл, накрыл её мягким платком — куда денешься, они слишком устала. И ничего не снилось до утра.
Проснулась Кантана от тянущей боли в животе. Одна была одна в постели, в комнате пахло травником и сырными лепешками.
— Доброе утро, — Мантина подошла, присела на край кровати. — Как себя чувствуешь, княгиня? Как же ты напугала нас всех! Что такое? — встрепенулась она.
— Пахнет кровью? — и быстро стянула с Кантаны одеяло.
Кровь была, алые пятна на белой льняной простыне. И при беременности это могло значить только одно…
Потом Мантина её утешала, говорила что-то, гладила по плечу. Кантана поняла только про совсем маленький срок, и что не осмотри её маг, они бы сочли, что это не выкидыш вовсе, а её дни запоздали. Да, так бы и вышло. Маг осмотрел её кубиком и с сожалением покачал головой, но тоже заявил, что она здорова и всё будет хорошо. А причина — да кто же знает. Но если женщина желает иметь детей, ей лучше избегать разного рода потрясений.
Князь… он совсем закрылся от неё, как и Джелвер, до неё не доносились даже отголоски их чувств.
— Главное, что ты не пострадала, — сказал князь.
Так сказал, что она усомнилась, точно ли это для него главное.
— Провидение так быстро подарило нам ребенка, — ответила она, — значит, скоро будет и другой.
Просто хотелось как-нибудь его утешить. Он ведь много лет мечтал о сыне — наверное, столько она и не жила на свете.
— Надеюсь на это, — бросил он, — отдыхай и поправляйся. И не делай больше глупостей.
Она не смогла сохранить сына — вот как следовало это понимать. Потому что сделала глупость, никому не понятную, пропадала невесть где целые сутки. Если бы она сидела дома, беды бы не случилось. Да, наверное. Но ведь она не знала о беременности! До того вечера, как…
Но как это объяснить? Кому это можно объяснить?
Собственно, попробовать, конечно, можно. Переполошить всех опять. Но ей хотелось самой понимать, что происходит. Доверяться, зависеть, быть игрушкой — надоело.
Из глаз её князя ушёл радостный блеск — он был разочарован. Кантана не переживала так. Недавно она с трудом поверила в существование своего будущего ребёнка, он не успел ещё прорасти в её душу. Теперь его не было… да, жаль. А может, и не жаль, если вспомнить, что с ней самой пока неладно. Между тем короткое нездоровье прошло, и она чувствовала себя хорошо. Если бы не тревоги, дурные мысли…
Она даже радовалась, что муж больше не приходил. И хотела видеть его, и легче было не видеть. И как бред, вспоминался иногда полет в ночном небе, среди серых лохматых облаков, и где-то там были звезды… очень высоко. Она была такая легкая, тонкая, грациозная, и звездная пыль припудрила её крылья. А он, тот, другой дракон, был воплощением силы, страшной и неотвратимой, но ей покорной и доступной…
Они были парой то недолгое время. Продолжением друг друга. Они друг без друга больше не существовали — где-то в ней поселилось такое ощущение, смутное и постыдное. Не потому ли она потеряла сына, которому так обрадовался Леман Дьян?
Дракона нельзя создать магией. Получится монстр.
Приходил маг и долго мучил её расспросами, — что случилось, где она была. Ему очень хотелось больше разузнать про Тайный замок. Она слушала его, кивала, ничего не отвечала — должно быть, это странно выглядело со стороны. Её беспокоило исчезновение Юты. Кажется, это беспокоило всего больше.
— Твою кошечку видели на кухне, — сказала Мантина. — Её кормили. Обещали поймать, когда ещё появится.
Она попросила Мантину позвать Ардая, и он пришёл. Сел напротив, сочувственно улыбнулся, стал говорить какие-то формальные слова.
— Хочу тебя попросить, — прервала она его. — Когда мы были в Хаддарде, я видела дракона. Он был чёрный, и немного золотого блеска на крыльях. Прилетел после нас, когда началась церемония в зале, сел на башне в городе, но рядом с замком. Как бы узнать, что это за дракон? Зачем он прилетал?
Очевидная вещь пришла ей в голову практически только что: тот дракон был похож на драконицу, в которую превращалась она сама. Чёрный, с золотом на крыльях. Тот, с которым она летала, был другой.
— Я понял, как он выглядит, — кивнул Ардай, — был такой здесь как-то. Говорят, что это северянин. Но когда ты видела его в Хаддарде? На помолвке твоей сестры? Его там не было.
— Он прилетал! — настаивала Кантана, — поговори с охраной! Я ручаюсь тебе.
— Не было такого, — отрезал Ардай.
— Значит, его просто не видели? Все охранники были в замке, внутри? — настаивала она.
Разве нельзя доверять глазам и ушам Юты? И если Ардай прав, то это вовсе ужасно. Это значит для неё, что невозможно верить себе, вообще ни в чём.
