– Проходите! – воскликнула Лили. – Сайлас, это Ольга Вуд, старшая сестра жертвы. Скажите, Ольга, не было ли у Аманды украшений, которые она носила бы не снимая?
– Нет. – Ольга осторожно приблизилась к телу.
Гамма эмоций отразилась на ее лице. Сначала ужас, потом узнавание, тень улыбки, нежность, затем глубокое горе.
– Я так надеялась, что… – Ольга вздохнула. – Но теперь… Да. Это Аманда.
– Мы можем оставить вас наедине, – предложил Сайлас.
– Да, я буду вам признательна.
Сайлас посмотрел на детективов, и они вместе удалились в коридор.
– Как он переместил тело? – вполголоса спросила Лилиан.
– В парке ночью очень темно, деревья не пропускают лунный свет. Если и были какие-то прохожие – а у нас мало кто пойдет в такое место ночью, разве что влюбленная парочка, – то они могли принять ее за живую.
– Но убийца все же смыл кровь, да и на месте следы подтер. На мольберте и картине не было отпечатков.
– Всё просто: он работал в перчатках, – пожал плечами Сайлас.
– После того как навестим бывшего Аманды, Александра, запросим видео с камер, – вставил Картер.
– В парке их нет. А даже если бы и были, вряд ли хоть что-то запечатлели в тени деревьев. По-моему, наш убийца прекрасно осведомлен о таких ловушках.
– Пора возвращаться, – вздохнул Сайлас и прошел к Ольге.
Лили и Картер остались стоять в дверях. Им пора было ехать к Александру.
– Ольга, вы сами доберетесь? – поинтересовался Картер.
– Да, спасибо, – вытерла слезы женщина.
Попрощавшись с коронером, напарники вышли на улицу. Сегодня они передвигались на машине Лили: Картер прибыл в морг на автобусе. Едва сев за руль, Лилиан закурила и стукнула кулаком по магнитоле: по-другому та не включалась. По салону разлился голос Брайана Молко – песня «Meds», обожаемая Лили. Она сделала звук громче и выехала с парковки. С тех пор как в марте вышел новый альбом Placebo, Лилиан заслушала его до дыр.
Картер подпевал и бросал на нее быстрые взгляды. Лили от души улыбнулась, когда они дуэтом завыли припев:
– Детка-а-а, не забыла ли ты принять свои табле-е-етки-и?!
Пока они ехали до бухты Фриц, Лили думала о том, как относится к напарнику. Картер не раз намекал на свои чувства. Она ощущала его заботу, внимание в каждом жесте и слове. Ее расстраивало, что он оставался одиноким (хотя, с другой стороны, откуда ей было знать, она ведь не следила за его койкой). И в то же время Лили чувствовала укол ревности, когда узнавала о том, что Картер проводил время с женщиной.
Она знала, что и Фил любит ее. Не меньше, наверное, даже больше, чем Картер. После смерти Дэна Лили отрицала, что сможет когда-нибудь снова полюбить так же сильно. Но время шло, горе и скорбь притуплялись, превращались в нечто неотделимое от нее, но уже не такое яркое и острое. Лилиан замечала, что временами ей хочется оказаться в чьих-нибудь теплых объятиях. Однако стоило ей представить поцелуй с другим, как чувство вины обрушивалось на нее с новой силой: ей чудилось, что так она предает Дэниеля и что его дух спустится на землю и будет до конца дней мстить ей за столь скоропалительное счастье.
Лили разрывало на части. Помимо смутного желания вновь найти родственную душу она сгорала от стыда перед дочерью. Ей хотелось проводить с ней все свободное время, но на деле Лили практически не видела Нору. И сейчас, по пути к дому Александра, Лилиан решила заехать к родителям, чтобы уточнить, смогут ли те забрать Нору на неделю. А лучше до окончания расследования. О том, как сильно она будет скучать, Лили старалась не думать: она должна сосредоточиться на деле. Чем быстрее они с ним разберутся, тем раньше она сможет восстановить их с дочерью привычный досуг. Да и Фила она не могла напрягать так долго. Но родителей дома не оказалось: наверное, отправились на рынок.
– Холостяцкая берлога, – усмехнулась Лилиан, глядя на дом, к которому они подъехали, вырулив с родительского двора.
Картер широко улыбнулся, разглядывая замысловатую постройку. В том, что Александр увлекался рыбалкой, сомнений не было: под навесом стояли лодки, виднелось около дюжины удочек, какие-то мешки и разный хлам. Миниатюрное жилище хозяина выглядело кривоватым, дерево местами сгнило, крыша сползла набок. Как этот дом выдерживал зимы Аляски – одному богу известно. Внедорожник последней модели на подъездной дорожке резко контрастировал со всем увиденным.
Подойдя ко входу, Лили застыла в нерешительности, боясь постучать: казалось, от прикосновения дверь просто слетит с петель. Но стучать и не потребовалось: дверь внезапно распахнулась, выпустив аромат жареной рыбы. Светловолосый парень растерянно замер на пороге.
– Александр? – грозно пробасил Картер.
– Да. А вы?..
– Детективы Мерфи и Райт. Можно задать вам несколько вопросов об Аманде Вуд?
Александр побледнел.
– Что… что случилось?
– Мы можем пройти в дом? – спросила Лили.
Александр нехотя отошел вглубь коридора, пропуская детективов.
