Мы ринулись в мастерскую. Мне не терпелось увидеть металлическое сердце, а вместо него на столе лежали кучки проволоки, металлических пластин и стеклянных шариков.
Глаза Ванессы горели восторгом, как если бы она вдруг облапошила все казино и забрала миллион.
Мы с Риганом, наверное, имели такой ошеломленный вид, что подруга расхохоталась.
– Ой, видели бы вы свои лица! Ну, что я говорила – я все смогу! Вот увидите, неделя-другая, и мы начнем поднимать мертвецов!
– А мне придется их упокаивать, – напомнил ей Риган.
Ванесса отмахнулась:
– Тебе и своих ходячих мертвецов достаточно. Они время от времени встают.
– Да уже год никто не оживал.
– Мои мертвецы будут вовсе не мертвые. Я с помощью этих штуковин, – женщина ткнула пальцем в кучки металла, – смогу лечить неизлечимые болезни, понимаете?
Я вопросительно вздернула брови:
– А сердце-то где?
– Торопишься увидеть? Не всё сразу, дорогуша, не всё сразу!
– Если человек умер от пневмонии, то как ему поможет новое сердце? – не понимала я.
– Сердце гоняет кровь по организму, а вместе с тем будет наполнять ее моей силой. Трудно объяснить, но просто поверьте – это сработает. Человек будет не совсем жив, но и не мертв. Жизнь в нем будет поддерживаться магией. Не зря я техномаг, не зря за мной охотятся.
– Ты этим как будто гордишься? – спросил Риган со смешком.
Ванесса в ответ скорчила рожицу.
Часть ночи прошла весело. Да-да, весело, и это не шутка. Я впервые за долгое время так много смеялась, что заболели челюсти.
Ванесса рассказывала интересные истории из своего прошлого, я помогала ей вспомнить некоторые моменты из нашего общего времяпрепровождения. Риган молча слушал и улыбался, любовался тем, как мы заливаемся хохотом.
После всего того, что мы пережили, эта ночь стала глотком свежего воздуха. Я чувствовала, что у меня открывается второе дыхание, и теперь я могу все!
Риган стал поглядывать на часы все чаще.
– Ты хочешь сделать это сегодня? – спросила его Ванесса.
– Что? – не поняла я. – Вы что-то придумали?
– Я должен поехать в свой дом и убедиться, что Паркер и Ханна не там. Если в них вселились черные духи, то они наверняка живут при своем хозяине.
– Тогда есть шанс, что мы найдем главного, если разыщем кого-то из его слуг? Он ведь наверняка завербовал уже не одного человека. Да и охотниками, вы говорили, не брезгует.
– Шанс есть, – вздохнул Риган. – Ложитесь спать, дамы, а я вернусь к рассвету.
– Возьми с собой Аманду, – попросила Ванесса. – И тебе будет помощь, и мне сегодня желательно побыть одной. Я хочу начать изготавливать сердце, и делаю что-то подобное впервые – не знаю, какие могут быть последствия.
Мне ее просьба показалась странной. Ванесса перестала смотреть нам в глаза, запела под нос какую-то песенку и расположилась за столом в окружении железяк.
– Ладно, – протянул Риган с подозрением. – Аманда, вам нужно время, чтобы собраться?
– Ни минуты, – хмыкнула я, завязывая на груди тесемки мантии. – Пойдемте, мистер Вуд. Оставим нашу нечисть в одиночестве.
С чего вдруг подруга решила выпроводить нас обоих, мы так и не поняли. Может быть, и правда ее магия могла выйти из-под контроля, а может, Ванесса от нас слегка устала. Столько лет жила одна, а тут на ее голову свалились обнищавшая девица и охотник.
– Придется отыскать любой кеб, а не тот, что получше, – сказал Риган хмурясь.
Дождь со снегом только усилился с тех пор, как я вернулась домой, и, наверное, не закончится до самого утра. Людей видно не было, чего не сказать о прошлой ночи – обычно, переулки Лондона никогда не бывают пусты, как сегодня.
Я пониже опустила капюшон, прихватила его под подбородком пальцами и шла за Риганом след в след. Не хотелось бы наступить в глубокую лужу – туфли, которые мы сняли с мертвой женщины в Эппинге, оказались дырявыми на левой пятке.
Кеб нашелся довольно быстро. Скучающий возничий попробовал на зуб медную монету, молча кивнул, и мы помчались в место, которое последнее время иногда мне снилось. Я жаждала вновь увидеть прекрасный сад, в котором время будто замирало.
Когда мы вышли у дома Ригана, мужчина утянул меня в сторону от ворот.
– В окнах темно, – прошептал он, – но если Ханна или Паркер в доме, то нам лучше с ними не встречаться.
– Почему? Мы ведь не будем больше принимать питье из их рук!
– Чтобы убить нас, им необязательно снова подсыпать снотворное в сок и вино. Поверьте мне, будет лучше, если мы тихонько проберемся внутрь незамеченными.
– Но как?
– Через черный вход.
Сказочный сад укрыл нас от любопытных глаз. Мы на цыпочках крались в тени деревьев, прятались за кустами, облепленными мокрым снегом, обходили тропинки и открытые участки, делая круги. Фонари в саду не горели, но мы все равно старались не выходить из-под спасительных лап елей.
Черный вход оказался заперт. Риган какое-то время раздраженно дергал ручку, но так, чтобы она не звенела, потом сплюнул выругавшись.
– Я оставлял ее открытой, – сказал он шепотом. – И мой дворецкий никогда ее не проверяет.
– Может, кто-то из других слуг запер?
– Может. Им мы тоже не должны попадаться на глаза.
– В них могли вселиться черные духи?
