Я отвернулась от писательницы и вновь посмотрела на папу. В его когда-то добродушном лице сейчас угадывались злые черты, а теплые глаза цвета кофе почернели.
– Папа, найди в себе силы заглушить голос Даниэля и ответь, кто для тебя важнее всего?
Отец расхохотался. И его смех, звонкий, но хрипящий, заставил меня вздрогнуть от неожиданности.
– Прелесть, не правда ли? – просипел он, не скрывая улыбки. Смотрел почему-то на Ригана, не на меня. – Твоя подруга глупа, как курица. Прелесть, какая дурочка!
Риган промолчал. Я хмуро посмотрела на него и от удивления открыла рот – в глазах мужчины застыли слезы, а сам он смотрел на чернокнижника перед собой не мигая.
– Риган?
Он обернулся. Скользнул по мне невидящим взглядом, встал и вышел из комнаты. Мы с Джиной остались наедине с черным магом.
Тот веселился. Я потихоньку начала понимать, что он прав… Я не дурочка. Я идиотка.
– Быть не может, – прошептала я с упавшим сердцем. В груди разрасталась дыра размером со вселенную, а ноги до того стали ватными, что я не смогла встать со стула.
Джина молчала. Ее молчание оглушало сильнее удара гонга, и я вцепилась в край кровати, чтобы не упасть.
Даниэль принялся напевать что-то под нос. До меня его голос почти не доходил – в ушах звенело.
Я все же сумела как-то подняться. Словно в тумане покинула спальню, спустилась на первый этаж, пересекла гостиную и заперлась в ванной комнате. Там мое тело безвольно рухнуло на пол.
Я и была тем единственным человеком, кто сможет спасти отца. Моя жизнь в обмен на жизнь папы и целой команды охотников. Равноценный обмен, не правда ли? Но это не тот выбор, который в состоянии сделать девятнадцатилетняя девушка, чья жизнь только-только началась. У меня еще не было кавалера. Не было настоящей свадьбы. Я не родила ребенка, которого любила бы больше всего на свете. Я не стала известным художником, не купила домик в лесу у озера.
Напольный камень холодил мою щеку. Кончиками пальцев я бездумно водила по щербинкам на полу, почему-то задумавшись, что нужно сделать уборку… Слишком много пыли, да и грязь уже давно въелась в покрытие.
Слез не было. Им неоткуда было взяться – пустота в душе, вдруг разросшаяся до размера галактики, вытеснила все эмоции.
Я лежала так очень долго. Сверлила взглядом ножки медной ванны, думала, что неплохо было бы почистить их со щелоком. А еще я должна узнать, нужно ли мне разводиться, или в связи со смертью Бранды их с Риганом брак аннулирован?
Я не могла даже допустить мысль, что мне нужно уйти навсегда. Не в другой дом, не в другой город, а насовсем из этой жизни. Я обязана была сделать это во благо целого королевства. Всего одна маленькая, никчемная жизнь девочки, которая не принесла никакой пользы городу и, уж тем более, целому миру.
Никто и не заметит, что меня больше нет. Риган, Ванесса и папа немного поплачут, конечно, как без этого. Но они быстро привыкнут к моему отсутствию. Зато что они получат взамен? Спокойствие. Их безопасность будет под контролем Корпорации Охотников, которая стряхнет с себя морок и вновь вернется к прежним обязанностям.
Как только я уйду…
Я перевернулась на спину. Взгляд уперся в почерневший, затянутый паутиной потолок. Его нужно побелить, а то в комнате слишком темно.
Но это потом. Не сейчас. Сейчас нет сил ни в руках, ни в ногах. И мне даже моргать было трудно, я лишь медленно прикрывала и вновь открывала глаза.
Сколько прошло времени, не знаю. К счастью, ко мне никто не ломился, не задавал ненужные вопросы вроде: “Как ты себя чувствуешь?”.
Как кусок мяса, прокрученный через мясорубку. Таким был бы мой ответ.
Внезапные воспоминания вытеснили мысли о будущем, которого у меня не будет, если я решусь на то, о чем размышляю.
Перед внутренним взором улыбалась моя мама. Темноволосая женщина с белоснежной, почти фарфоровой кожей. До болезни Лайза Болейн была прекрасной, словно принцесса из сказок. Папа говорил, что полюбил ее, как только увидел в первый раз. Они встретились на рождественском балу и сразу поняли, что поженятся.
Но так говорил папа. А мама смеялась и говорила мне, что, встретив моего отца впервые, взмолилась, хоть бы он не стал ее мужем! Уже потом, годы спустя, она влюбилась в него без памяти.
Мама никогда не верила в любовь с первого взгляда. Говорила, что настоящая любовь приходит во время совместной жизни. По ее мнению, настоящая любовь рождалась из взаимного уважения в семье.
Я ей верила, пока не встретила Ригана Вуда. Нет, я не влюбилась в него с первого взгляда. Но со второго или третьего точно…
Потом мама исчезла из моих воспоминаний, и я увидела свой десятый день рождения. Про него тогда все забыли. Я с утра и до самого вечера просидела в своей комнате в надежде услышать поздравления и разобрать подарки, но никто и не вспомнил обо мне.
