– Дай нам несколько минут, Клаудия? – попросила Кайла, протягивая между нами руку. – Девочка расстроена из-за всего, что произошло за последнее время, она напугана, и ей больно. Дай мне спокойно поговорить с ней, ладно?
Клаудия еще какое-то время пристально разглядывала нас, но в конце концов согласилась.
– Отлично. Но уводи ее поскорее внутрь. Темнеет.
Кайла кивнула, и мы смотрели, как Клаудия поднимается по склону холма.
– Вовсе я не расстроена, – запротестовала я, когда она отошла достаточно далеко и больше не слышала меня. – То есть, конечно, вся эта ситуация здорово угнетает, но говорю так совершенно не поэтому.
Наверху ухнула сова, нарушив сонную тишину и напомнив, насколько одинокими и изолированными от внешнего мира мы были на самом деле. Справлюсь ли я, если и вправду придется уходить через лес, как другим?
Вековые деревья вокруг казались темными и зловещими, вечерние тени надежно хранили все тайны Водопада Вдовы.
Может, Лэндри где-то неподалеку и наблюдает за нами?
Кайла не сводила взгляда с сарая, и ее голос был еле слышен.
– Ладно, мне нужно, чтобы ты меня выслушала. – Она едва шевелила губами. – Сделай вид, что совершенно успокоилась и притворись, будто разговариваешь со мной.
– Что?
–
Не слишком понимая, для чего это нужно, я послушно уставилась прямо перед собой и стала двигать губами, как будто говорю и ожидаю ответов. Как только Клаудия исчезла за стеной сарая, Кайлу словно подменили.
– Если хочешь сбежать, я тебе помогу, – неожиданно пообещала она. – Но ты должна делать все в точности так, как я скажу. И это опасно, Слоан, ты даже не представляешь, насколько опасно.
– Ты вытащишь меня отсюда? – все еще не веря своим ушам, прошептала я, и робкая надежда затрепетала в моей груди.
– Да, но сейчас больше говорить об этом нельзя. Сегодня вечером мы все равно не сможем ничего предпринять, слишком рискованно. После всех твоих громких выступлений за тобой будут приглядывать. А вот завтра… Если спокойно подождешь до утра, я вытащу тебя отсюда, если уж ты твердо решилась на побег.
От страха и надежды у меня пересохло в горле. Покинуть это место, навсегда распрощаться со всеми его тайнами – именно этого я и хотела больше всего на свете, но от таких пугающих разговоров все же робела.
– Но ты говоришь, что это опасно?
– Очень, – повторила она. – Но это единственный вариант. Клаудия права, главное не сталкиваться с Чейзом. Если ты попытаешься уйти, а он тебя поймает, шансов не будет больше никогда.
Она пошла к дороге, затем обернулась и добавила:
– Нам нужно вернуться как можно скорее, не стоит вызывать подозрений. Они ведь ждут и наблюдают.
Ничего другого не оставалось, и я последовала за ней назад к сараю.
– Спасибо тебе, Кайла. Огромное спасибо.
Она не ответила и вообще всю дорогу домой не сказала больше ни слова. Я знала, что подвергаю ее большому риску, и ненавидела себя за это, но уже не могла отступить.
Следуя за Кайлой, я цеплялась за одну простую истину, одну несложную мысль, которая поможет мне пережить следующие двадцать четыре часа.
Я обязательно выберусь отсюда, нужно только перетерпеть еще один день.
Я повторяла эту фразу снова и снова, пока мы поднимались по лестнице и шли в свою комнату, а затем еще раз, когда я уже лежала в постели, сжав руки в кулаки, и прислушивалась к спокойному дыханию Гейба в нескольких шагах от меня.
Однако никакие мантры, молитвы или позитивные аффирмации не спасли от того, что готовило мне неотвратимое будущее. Когда мы проснулись на следующее утро, того человека, который обещал помочь мне сбежать, единственного человека, который оставался на моей стороне, уже не было.
Кайла пропала.
Ее постель была пуста, но вещи все остались на своих местах. Она как будто растворилась в воздухе.
По словам ребят, никто не слышал, как она встала, никто не видел, как она уходила ночью. Они всё утро обсуждали, куда она могла деться, но, несмотря на все их версии, лишь одной мне было ясно, что случилось.
Я чувствовала, что Клаудия как-то связана с ее исчезновением, но доказать ничего не могла. Каким-то образом она, должно быть, проведала, что Кайла намеревается устроить мне побег, и, чтобы этому помешать, обрубила концы. Сообщила ли она Чейзу или сама «управилась», непонятно, но нет никаких сомнений, что все нити ведут к ней.
Я следующая?
Без Кайлы не осталось никого, кого интересовало бы, что со мной происходит.
Мы сразу сообщили Барбаре о пропаже инструктора, и ее единственной реакцией были слова:
– Это та рыжая, что ли?
Пока она докладывала о происшествии Чейзу, все остальные суетились вокруг, готовясь к новому дню, как будто ничего не изменилось.
– Слоан, одевайся, – мрачно приказал Роб, которого я явно раздражала. Впрочем, похоже, как и всю команду.
– Не пойду, – заявила я, скрестив руки.
– Черта с два, – отрезал он. – Лично я сегодня твою смену брать не собираюсь. Одетая или раздетая, но отправляйся к реке и позаботься о своих клиентах.
