— А всего-то — розовые ногти на ногах и татуировка на сиськах! И почему это мужиков так заводит?
Его губы изогнулись в улыбке, хотя он лежал, не открывая глаз.
— Нами так легко манипулировать! Ей-богу, мы беззащитны перед женщиной с ее коварными чарами.
— Вы беззащитны перед своими половыми железами.
— Не без этого. — Рорк блаженно вздохнул. — Вот и слава богу.
— Неужели тебя действительно заводит вся эта ерунда? Лосьоны, одеколоны, лаки-краски и все такое?
— Ева. Дорогая Ева. — Рорк открыл глаза и провел рукой по ее волосам. — Меня заводишь ты. Это же так очевидно.
— Но ты балдеешь от всей этой ерунды!
— Я балдею — и точка. С ерундой или без ерунды. — Он подтянул ее повыше, чтобы дотянуться до ее губ, и поцеловал. — Ты моя!
Ее губы дрогнули.
— Что это значит — «я твоя»?
— Это значит, что ты для меня все.
— Ты просто ловкий льстец. — Она не удержалась и потерлась об него носом. — Очень ловкий. К твоему сведению: я не стану сохранять эту татуировку, даже если она превратит тебя в моего сексуального раба. Пару дней подержится — и хватит.
— Делай как знаешь, это же твое тело. Но мне бы тоже не хотелось оставлять ее навсегда. На меня подействовал фактор неожиданности. Это был настоящий сюрприз.
— Значит, придется время от времени устраивать тебе сюрпризы.
— Ты меня всегда удивляешь.
Ей приятно было это знать. Она торопливо чмокнула его в щеку и откатилась в сторону.
— Перерыв на отдых окончен!
— Вот это меня совсем не удивляет.
— Давай, штатский, натягивай штаны и рапортуй.
— У меня нет ощущения, что я полностью использовал свои тридцать минут. По-моему, кое-кто слишком торопится.
Ева схватила его брюки и швырнула ему в лицо.
— Прикрой свою красивую задницу, приятель! Ты сказал, что хочешь о чем-то поговорить, как раз перед тем, как мои розовые ногти увлекли тебя в другом направлении. Так о чем ты хотел поговорить?
— Прежде чем я к этому перейду, хочу выразить надежду, что в ближайшие несколько дней ты будешь как можно больше ходить босиком. А теперь к делу, — добавил он со смехом, когда она бросила на него кинжальный взгляд. — Мы с Финн пришли к выводу, что нам нужны дополнительные силы. Если мы будем биться вдвоем, на ремонт компьютеров уйдут месяцы. И это в лучшем случае.
— Завтра вернется Макнаб.
— Значит, нас будет трое, если только кого-то из нас не выдернут на другую работу. Но этого все равно мало.
— Почему не Финн обратился ко мне с этой просьбой? Это ведь он возглавляет ОЭС, насколько мне помнится.
— Потому что мы бросили жребий, и я проиграл, разрази меня гром. Этого не случилось бы, если бы я успел подменить монету одной из моих собственных. Но он сказал, я цитирую: «Одна собака дважды не укусит». Столь образным способом он дал мне понять, что один раз я его уже наколол с монетой и второй раз он на это не купится.
— Его не так-то легко одурачить, — усмехнулась Ева.
— Да, нелегко. Заметь, мы с ним оба не новички в электронике и не отлыниваем от работы. Но, как ни больно нам обоим это признать, без помощи нам не обойтись. У меня есть кое-кто на примете…
— Если у тебя на примете Джейми Лингстрем, забудь об этом. Я не позволю втягивать мальчишку в эту опасную авантюру.
— Да не думал я о Джейми! Ему учиться надо — вот и пусть учится. Я хочу пригласить Риву. Она уже в курсе событий, — быстро добавил Рорк, не давая Еве вставить слово. — Она первоклассный специалист, у нее допуск к секретной информации высшего уровня, а главное — она знает, на что идет.
— Именно потому, что она в курсе событий, мне это не нравится. Это сомнительное дело, Рорк, и она является одной из ключевых фигур. И вообще, приводить штатских…
— Ей не придется ничего объяснять, что само по себе сэкономит нам массу времени. А то, что у нее с ними личные счеты, даже к лучшему: она будет работать с большим рвением, чем кто бы то ни было. Она больше не подозреваемая, Ева, она тоже своего рода жертва. — Рорк помолчал, а когда снова заговорил, его голос зазвучал холодно: — Разве жертва не имеет права постоять за себя, если есть такая возможность? Неужели обязательно передоверять это другим?
— Может быть, ты прав.
Вот они и подошли к разделявшей их пропасти с острыми краями. Еве хотелось отойти подальше от края, хуже того, хотелось сделать вид, что пропасти вообще не существует. Но пропасть росла и ширилась прямо у нее на глазах, хотя ее тело еще не остыло от его объятий.
— С Фини согласовал?
— А как же! Мы с ним обошли то же поле, на котором мы сейчас с тобой фехтуем. Потом я рассказал ему, какая у нее квалификация. Он просто жаждет с ней работать.
— Ты его соблазнил?
Эти слова вызвали у Рорка легкую улыбку.
— Нет, подобная роль меня смущает. Я предпочитаю думать, что убедил его. Кстати, мы обговорили не только Риву, но и Токимото.
— Еще один из твоих, и опять штатский?
