Да уж… в мире много несправедливой жестокости. Везде её много. И эти земли не оказались исключением.
— Так вы из королевской семьи? — Неожиданно произнес я.
— Не я. Госпожа, да.
— Ну да. Я это и имел в виду. Получается, Сильвария настоящая принцесса. — Последнее было сказано для меня самого. Просто мысли вслух.
Раньше я слышал много историй о том, как благородные рыцари спасали принцесс от всяких бандитов и драконов. И всегда это преподносилось как-то… романтично. А здесь… голод, кровь, грязь и слезы. Реальность беспощадна. Особенно для принцесс.
— Угу. — Кивнула Ноэль. — Но всё сложнее, чем ты можешь себе представить. И именно поэтому мы и не можем раскрывать свои личности. Иначе… будет очень много проблем.
— А там, куда вы направляетесь… вы будете в безопасности? — Мне стало интересно. Хотя это уже было лишнее.
— Надеюсь. — Неоднозначно ответила воительница и поджала губы. — Госпожа уверена, что да. Но на самом деле у нас просто нет другого выбора. Поэтому остается лишь надеяться.
— Понятно.
Дальше мы продолжали сидеть молча. Я подбрасывал в костер последние щепки. Пламя уже поутихло, рыжие угли потрескивали лениво, будто и им хотелось спать. Тепло расходилось волнами, обволакивая усталое тело, и даже холодная земля подо мной казалась теперь мягкой. Изначально я не планировал спать, но вот мой организм думал по-другому.
Ноэль сидела чуть поодаль, прислонившись к камню, но её веки тоже тяжелели с каждой минутой. Она боролась со сном, кивая головой, словно соглашаясь с невидимым собеседником, а потом резко вздрагивала и снова пыталась бодрствовать.
Взгляд скользнул по её силуэту. Тень от огня играла на её лице, то скрывая, то открывая черты, и мне уже не было понятно, где заканчивается реальность и начинается дремота. Но я знал, что сегодня уже больше никто не должен нас побеспокоить.
Ветер стих, и последнее, что я услышал — это тихий вздох Ноэль, перед тем как её голова окончательно опустилась на плечо.
А потом и я отпустил себя.
Сам того не понимая, я куда-то пошел. Один. Я шел долго, пока не уткнулся в реку, которая текла вверх. А некоторые капельки воды и вовсе улетали вверх, в небо. Но это была не мертвая вода. В ней точно что-то было. Живое. Или нет…
Я чуть склонился и посмотрел на воду. Однако отражения увидеть не получилось.
Спустя несколько секунд я поднял руку, чтобы поправить волосы, и вдруг почувствовал, как между пальцами скользнуло что-то мягкое и легкое. Оторвал ладонь от головы и в ужасе замер… в руке лежал густой пучок моих же волос.
— Что за?..
Но прежде чем я успел договорить, кожа на черепе затрепетала. Я почувствовал как по всему телу, включая голову, побежали мурашки, будто тысячи муравьев.
Меня передернуло, а потом я провел рукой от лба до макушки и… волосы посыпались вниз. Прядь за прядью. Они падали на плечи и на землю, образуя под ногами целый ковер.
— Какого…
Мне захотелось закричать, но ком застрял в горле. Я вновь склонился над рекой и на этот раз увидел там себя.
Лысый.
Бледный.
А макушка засверкала так, отражая солнце, что захотелось зажмуриться.
В отчаянии я схватился за голову, но это не помогло. Мне стало тяжело дышать.
— Твою ж… Бездна вас всех подери! — Прокричал я, а потом мне наконец-то удалось сделать глубокий вдох.
И в этот момент я подскочил с земли, почувствовав, как холодок пробежал по спине. Я стоял на своем месте, возле погасшего костра, а на меня с удивлением смотрела Ноэль.
— Ты чего? Кошмар что ли приснился?
Она уже бодрствовала. А может и не спала. А вот я…
Я судорожно провел рукой по голове. Волосы оказались на месте, густые, чуть спутанные. Сердце колотилось так, будто я пробежал несколько миль.
— М-м-м… гмн ням ням… Курочка… — пробормотала во сне Сильвария, переворачиваясь на другой бок.
Я медленно выдохнул, прислушиваясь к стуку собственного сердца.
М-да…
Давно же мне не снились кошмары. Только… этот сон был совсем уж странный. И чего меня так напугало? Не могу же я ни с того ни с сего облысеть. Хах!
Через минут пятнадцать Ноэль растолкала Сильварию, и я наблюдал, как та потягивается, разминая затекшие плечи. Она проспала всю ночь.
— Утро, — пробормотала она, протирая глаза. — Ой, спасибо.
Ноэль молча протянула ей кусок поджаренного на углях хлеба и полоску вяленого мяса. Я тоже взял свою порцию, запивая её глотком воды из фляги.
Сильвария разжевала первый кусок, потом второй, и вдруг её рука замерла в воздухе.
— Стоп… Погодите-ка!
Она медленно опустила еду, оглядела наш лагерь, потом нас.
— Аэм-м… А откуда у нас еда появилась? И вода…
Я переглянулся с Ноэль. Та закатила глаза, тяжело вздохнула и отряхнула крошки с рук.
— Вам лучше не знать, госпожа.
Сильвария уставилась на нас по очереди. Я видел, как в её взгляде недоумение сменяется подозрением, а потом холодной догадкой.
— Ох, — только и сказала она. — Я что-то пропустила, да?
— Ага. — Кивнула воительница. — Совсем чуть-чуть.
Больше никто не произнёс ни слова. Мы просто доели в тишине, а потом выдвинулись в путь.
