Как я уже указывал выше, вопросы об организации отдельных учреждений и об их снабжении необходимым персоналом и имуществом были разработаны в Мобилизационном Совете Красного Креста, но вопрос об общем управлении учреждениями Красного Креста на театре военных действий не подвергался ко времени войны даже разработке. В Мобилизационном Совете Гучков взял на себя разработку этого вопроса, но ко времени войны ничего не выработал, и поэтому война застала в этом вопросе Красный Крест врасплох. Впрочем, следует сказать, что вина в этом лежала, главным образом, на военном ведомстве, ибо, несмотря на то, что прежде 9 лет со времени окончания японской войны, к 1914 г. все еще не было утверждено «Положение о полевом управлении армией в военное время», которое должно было определить и положение на фронте учреждений Красного Креста. Не помогали в этом отношении и неоднократные напоминания Гос. Думы — «Положение об управлении армией» было наскоро утверждено только перед самым началом войны, и посему почти никому не было ни в армии, ни в тылу знакомо.
Рассказываю здесь про это, как про обстоятельство еще раз подтверждающее, как мало Россия ожидала и готовилась к войне в 1914 г. Незадолго до войны Красный Крест только запрашивали, нет ли с его стороны замечаний на касающиеся его статьи этого «Положения», но затем дело дальше не двинулось и, насколько помнится, наши заключения при издании «Положения» не были приняты во внимание.
Итак, утром 18-го июля я узнал от А. А. Ильина, что первые распоряжения уже отданы и что работа по мобилизации уже началась. Та к как в 1905 г. я уже работал в Манчжурии в качестве уполномоченного Красного креста и так как я теперь был свободен от призыва на военную службу, то я выразил желание отправиться опять на фронт в качестве активного работника Красного Креста. Тут же, в первом нашем разговоре, выяснилось, что мое желание может быть удовлетворено, и было намечено, что я буду назначен помощником главноуполномоченного Красного Креста на Северо-Западном фронте. Должность главноуполномоченного была предусмотрена в «Положении о полевом управлении армией», делавшем из главноуполномоченного главу всех организаций добровольной санитарной помощи войскам.
На каждом отдельном фронте полагался особый главноуполномоченный, подчиненный главному Начальнику снабжений. В свою очередь последний стоял во главе всей хозяйственной части фронта, будучи помощником главнокомандующего, при котором помощником по оперативной и строевой частям был начальник штаба. Но, описав положение главноуполномоченного самыми общими чертами, «Положение о полевом управлении армией» далее указывало, что права и обязанности главноуполномоченного определяются Уставом Общества Красного Креста. Этот же последний, составленный еще в 70-х годах, был признан совершенно устаревшим еще во времена японской войны, после которой особая Комиссия выработала проект нового Устава. К сожалению, этот проект до самой войны не был рассмотрен Главным Управлением Красного Креста, несмотря на то, что неоднократно поднимался вопрос о необходимости скорейшего его проведения.
По-видимому, в этом проекте проводилась мысль о привлечении в состав Главного и местных управлений Красного Креста представителей органов самоуправления и вообще об установлении более тесной связи их с местными общественными организациями. Однако, это-то и послужило, по-видимому, тем камнем преткновения, через который проект нового Устава не смог перебраться. Как я уже говорил, у старого нашего правительства органы местного самоуправления всегда были под большим подозрением, и посему предоставление им решающей роли в Главном Управлении Красного Креста могло изменить отношение к нему правительственных кругов и лишить его права на получение тех сборов, о которых я уже говорил выше и которыми Красный Крест, главным образом, и жил. Каждый раз, как заходил вопрос о реорганизации Главного Управления, это-то и вызывало его отложение. Скажу даже более — этот страх удерживал и вообще от всякого сближения с организациями, созданными местным самоуправлением, а в первую очередь с Всероссийским Земским Союзом. Когда, например, зимой, кажется, 1912–1913 года выяснилась необходимость оказания врачебно-питательной помощи населению некоторых постигнутых неурожаем восточных губерний и была решена посылка туда отрядов Красного Креста, то я внес в Главное Управление заявление о необходимости попытаться установить по этому поводу связь и сотрудничество с Земскими Союзами с временным привлечением в состав Главного Управления представителей этого Союза. Это заявление было, хотя и в весьма любезной форме, но, тем не менее, похоронено по первому разряду; ко мне присоединились только А. И. Гучков и В. С. Кривенко.
